Она не спрашивала у Даера, кто именно перебрался на остров, страшась, что сбудутся худшие предположения, ведь никто не знал, сколько беженцев из королевского замка погибло до того, как их укрыл могучим крылом зеленоглазый демон.
— Карамболь!.. — Ольга тоже вспомнила добрых знакомых. — Мари, и ты здесь?..
Возгласам радости и улыбкам, так редко освещавшим призрачный остров, не было конца. И только Даер оставался хмурым. Он не отвечал на расспросы, не объясняя, как Ирина и дети попали к нему. Все, что его интересовало в тот момент, так это парочка, застывшая в далеко не дружеских объятиях.
Линус вел себя так, словно прежде был любовником Ирины. И если бы Даер не знал наверняка, то заподозрил худшее. Линус поцеловал Ирину в щеку, что-то быстро-быстро рассказывал ей, держа хрупкие ладони в своих.
Даер развернулся и направился прочь, к порталу. Оставаться здесь и видеть, как Ирина любезничает с Линусом, не мог, даже если ему лишь привиделась их чрезмерная симпатия. Он сделал для нее все, что мог. И слишком любил, чтобы мешать ее счастью.
Глава 44
Линус был слишком настойчив. В первую секунду, охваченная радостью от встречи с прежними знакомыми, Ирина позволила ему себя обнять. Но уже в следующую почувствовала некую неприязнь, словно ее тело протестовало против слишком грубого обращения. Руки Линуса, как тугое кольцо удава, стискивали талию. Губы были слишком близко к ее уху.
— Постой!.. — Ирина оттолкнула, упершись в худощавую грудь.
Линус выпустил из объятий — скорее от неожиданности, чем почувствовав пренебрежение.
Ирина обернулась, заозиралась по сторонам.
— Где Даер?
— Он ушел в своей мир, — хмыкнул Брион. — Или отправился к гоблинам. Кто же его знает, этого демона. Он никогда не говорит, когда уйдет и когда вернется.
— Так даже лучше, милая, — Тильна обняла Ирину за плечи. — Без него мы чувствуем себя уютнее.
— Почему?
Изумление Ирины было искренним. Она непонимающе посмотрела на женщину, пытаясь прочесть на бледном лице ответы на зародившиеся глубоко внутри вопросы и подавить протесты.
— Он же демон, — Тильна пожала плечами.
— Это ни о чем не говорит, — возразила Ирина. — Да, Даер демон, он лучше, добрее, отзывчивее и честнее многих людей. Его нелюдимость — лишь видимость.
Под грозной броней Даер прячет слишком мягкое для демона сердце, добавила она про себя.
— Боже, ты говоришь так, словно влюблена в него! — возмущенно бросил Линус. — Не глупи, Ирина, демон всегда остается демоном. Такие, как он, не способны на сочувствие.
