Вдохнул поглубже, резкая боль в переносице напомнила об ушибе. Следом ассоциативный ряд привел к Юлькиному смеху. Лежала на мне в снегу без трусов и хохотала, выдра, пока у меня искры из глаз сыпались. Разозлился.
Тело отозвалось мучительно–сладким напряжением. Нездоровым.
Я встал и зашел к Юле в комнату. Давно здесь не был. Постоял недолго, рассматривая мягкие игрушки и полудетские принты на покрывале и обоях, которые всегда раздражали. Которые ей давным–давно не подходят.
Захотелось все это выкинуть к чертям.
Картинки того, как Юля жадно сосет у меня в душевой пронеслись перед глазами.
Ее полная грудь, полупьяные от возбуждения глаза, спутанные волосы, соль на коже, которую жадно слизывал... Член загорелся, мысли расплавились. Дрожь прокатилась по телу. Блть, хочу. Аж руки трясутся, так охрененно это приятно.
Медленный вдох–выдох, дабе угомонить взбесившееся либидо. Я уже дрочил на наше с Юлей домпорно, что записалось на подкорке мозга. Несколько, сори, раз. Но не в хате Арсеньевича. Нет, здесь определенно, не стоит.
Голова закружилась.
Огляделся. Ху*ня какая–то получается, куда ни глянь.
Но с другой стороны: это ведь моя жизнь. Другой нет. А значит, поборемся.
Пошел собираться.
Спустя примерно пять часов я стою у политеха, облокотившись на «Мурано» и пялясь в мобильник с чуть скучающим видом. Проходящие мимо девчонки хихикают и игриво отводят глаза, чтобы через мгновение вернуться к изучению синяков и ссадин на моей роже. Раны будят в девицах нешуточный интерес и призывают к активности их внутреннюю медсестру–спасительницу.
«Мурано» за спиной усиливает потребность приласкать пациента.
Киваю машинально, чуть улыбаюсь. Зрительные диалоги не веду, вместо этого возвращаюсь к мобильному.
Кто–то может подумать, что в соцсети зависаю, но в действительности я лекцию сегодняшнюю в третий раз перечитываю, водя по экрану задубевшими пальцами. Ту, что пропустил, когда бухой дрых у Арсеньевича на диване. Дела–а.
Ночью показалось, что заявиться к Юле по утру — поступок, заслуживающий если не восхищения, то хотя бы безмерного уважения.
Тупой придурок. Это все спиртяга главного инженера.
На экране появляется сообщение с тестом:
«Я тебя не вижу».
Пульс слегка ускоряется. Следом волной накатывает смятение. Поднимаю глаза и ищу ее. А найдя — поднимаю вверх руку.
Юля замечает и улыбается тоже смущенно. Бойко идет в мою сторону. Расстояние с каждым ее шагом уменьшается. Я навстречу не выхожу, стою, наблюдаю. Пытаюсь разобраться в том, что чувствую.
