– Хорошо, давай.
– Круто. Идем?
– Да, минуту.
Беру телефон и быстро печатаю: «Любаша, не приезжай, пожалуйста! Я с Матвеем».
Он поднимается с места относит поднос. Мой телефон вибрирует.
«Что?!»
«Потом расскажу. Прости–прости»."
"Неудобно получилось, но Люба поймет. Она моя самая лучшая подруга, мы с десятого класса не разлей вода. А потом, как поступили в один вуз и попросились в одну группу, — так и вовсе всюду вдвоем. Люба была свидетельницей зарождения наших с Матвеем отношений. И разрыва. Наверное, никто не знает о нас с ним столько, сколько она.
Поднимаюсь, беру сумку, пакет свой тяжелый.
– Помочь? – Матвей протягивает руку.
– Нет, спасибо! – нервно. Прижимаю к себе витамины. – Мне нормально.
Он не настаивает. Мы покидаем территорию фудкорта, идем по широкому коридору торгового центра. Наверное, я должна чувствовать нечто сродни дежавю: мы тысячи раз вот так же шли за покупками. Но ничего подобного.
Всё иначе. Эмоции другие. То, что еще недавно казалось обыденностью, сейчас вызывает трепет и авантюрное предвкушение.
– Как поживает Римма Владиславовна? – спрашиваю о его бабушке.
Родители Матвея погибли в автомобильной аварии семь лет назад. Ужасный несчастный случай – вылетели с трассы из–за сильного гололеда. С тех пор он был сам себе предоставлен. Моим родителям не нравилось, что он торчит у нас каждый день допоздна. Они утверждали, что он плохо воспитан.
– Приходи в гости как–нибудь. Думаю, она будет рада, – нейтрально отвечает Матвей.
– Раз уж мы теперь друзья, то может, и зайду.
Как–нибудь, – добавляю абстрактно.
Мы минуем спортивные отделы и добираемся до рядов с ювелиркой. Я окончательно убеждаюсь: праздник не у какого–нибудь его братана. Пацанам с качалки брюлики не дарят.
Матвей разводит руками и театрально вопрошает:
– Куда дальше?
– Смотря что мы ищем, – уточняю. –И какой бюджет.
– Думаю, цепочку с кулоном, – выдает Матвей, чуть поразмыслив. – Как думаешь, хороший подарок? – и смотрит. Смотрит. Смо–отрит, мать его, Господи!
Меня кидает в жар. Ручку пакета сжимаю крепче, ногти в ладонь впиваются.
Однажды я подарила Матвею свой любимый кулон, который тот потерял почти сразу. Я не сердилась ни капли — бывает. Он ведь не специально. Матвей сам переживал и пообещал, что однажды, когда разбогатеет, купит мне другой.
– Замечательный. А для кого?
– Для подруги.
Отворачиваюсь, мгновенно догадавшись, что мы сейчас будем выбирать подарок мне на день рождения. Ведь мы друзья, я теперь его подруга.
Опять же красная толстовка..
