Бросая клочки себе под ноги.
Пока Люба не отмирает и не кидается ко мне со словами:
– Пожалуйста, хватит! Этим зарисовкам четыре года!
Глава 9
Я поднимаю руки высоко, прячу листки, потому что в какой–то момент кажется, что Люба за них драться собралась, но нет. Она всего лишь садится на корточки и начинает собирать обрывки.
Собирать и бережно складывать на колени в стопочку. Носом шмыгать. А я не знаю куда и деться.
Некоторое время наблюдаю за ее попытками сберечь что–то, по–видимому, важное, потом не выдерживаю и тоже приседаю.
Со стороны на нас обеих посмотреть — ну какая идиотская ситуация.
Начинаю помогать.
– Не трожь, это мои, – повторяет она, жалобно всхлипнув. – Мои работы, ты не имеешь права их портить.
– На твоих работах мой парень.
– Бывший парень.
– Теперь уже, наверное, да, – поддерживаю резковато. – Бывший на все сто процентов. Он с тобой спит? Давно? У вас началось, когда мы еще встречались?
Люба вскидывает округленные глаза, в этот момент кулон выпадает из выреза ее футболки. Я впиваюсь в него глазами и моментально понимаю, что это не тот.
Пульс разгоняется до максимума, а краска ударяет в лицо. Я выбрала кулон из красного золота, а этот с вкраплением других металлов. Форма листочков такая же, но они украшены навязчивыми узорами. Короче, безвкусица.
Еще один глубокий вдох–выдох. Упс.
Впрочем, карандашные рисунки никуда не делись, и я вновь раздражаюсь.
Люба ловит мой взгляд и поспешно прячет кулон под футболку. Видимо опасаясь, что в порыве ревности, я сорву и его.
Поднимаюсь и подхожу к окну, руки на груди скрещиваю. Любин писклявый голос ножом вонзается в спину:
– Пока не спим. Сама–то себя слышишь?
Оборачиваюсь и вопросительно приподнимаю брови, призывая продолжать.
– Мы сблизились уже после вашего расставания. И да, этот кулон он выбирал для меня. Не знаю, зачем попросил твоей помощи. Ты неплохо меня знаешь и у тебя хороший вкус...
– На парней? – перебиваю.
– Я попросила его больше так не делать. Он пообещал, что не станет.
– Когда у вас началось–то? Я вообще ничего не понимаю!
– У меня были проблемы с Олегом, я попросила Матвея о помощи.
Тот вступился, поговорил. С тех пор начали общаться.
– За моей спиной?
Люба делает взмах руками и начинает жестикулировать.
– Юля, за твоей спиной общаться очень легко, потому что ты никого кроме себя самой не замечаешь. А последние недели — особенно.
Люба вскакивает на ноги, подходит к столу. Начинает составлять свои зарисовки из обрывков, как картинки из пазлов.
