– Не замечала, чтобы были какие–то конфликты.
– Ясно.
– На следующие выходные мы с потоком едем за город с ночевкой, может там что–то произойдет. Я могу потом тебе позвонить и рассказать. Хотя и не очень понимаю, зачем. Вы ведь всё. Разошлись.
– Да, разошлись. Значит, с ночевкой? И Юля едет? – даже не пытаюсь скрывать изумление.
Глаза начинают бегать.
– Ну да. Деньги сдала. Это в том году она из–за тебя не поехала, а в этом–то почему нет. Там всё цивильно: турбаза, домики, шашлыки.
Ага, еще бухло рекой.
Конфликт с Костей–Фиксиком был сложным, неприятным и закончили мы на неприятной ноте, так ничего не выяснив и точки не расставив.
– Люба, давай–ка я тоже поеду.
– Эм. Чего?
– Вы забронировали несколько коттеджей в лесу, я правильно понял?
– На Мане.
– Вот. Деньги сдам на комнату, на еду. Если вы потоком собрались, народу тьма будет. Никто меня не заметит.
– В качестве кого поедешь–то? Ты даже в нашем вузе не учишься.
Да, проблема. Юля решит, что снова за ней бегаю. Морщусь при мысли об этом.
Ну уж нет. Конфликт с Фиксиком меня беспокоит куда сильнее.
Усмехаюсь, придумав идею.
– В качестве твоего близкого друга.
– Близкого друга? Моего парня, что ли?
– За тобой должок, потерпишь.
– Да я–то потерплю, но вот Юля никогда не поверит.
– Поверит. Вечером после работы заскочу к тебе на минуту. Напиши только адрес.
– Ты от меня Юлю сто раз забирал, – посмеивается Люба. – Я живу там же, не переехала.
– У Юли много подруг, сорри, забыл.
– Если сильно надо — вспомнишь. Мне пора. Пока, – неожиданно резковато отвечает Люба и кладет трубку.
Эм... и что это было? Окей, договорились: подумаю и вспомню.
Убираю телефон в карман.
Съезжу на сутки, подумаешь, что такого. Просто для успокоения совести. Нормальный такой план, пойдет.
Выжимаю педаль газа, «Мурано» рвется с места и устремляется вперед. Вскоре выезжаю за пределы города и попадаю в промзону. Контраст поразительный: из сити в гетто. Вокруг серость и убогость. Словно из своего города перенесся в параллельную реальность.
Впрочем, здесь уже всё знакомое.
Даже не знаю, почему то место, в котором трачу ежедневно три–четыре часа своей молодой яркой жизни, называется гордо – заводом. Мне всегда казалось, что завод это нечто масштабное, огромное, крутое.
Три складских помещения, два цеха, человек тридцать работников, среди них два подмастерья — мы с Захаром. Как же нас сюда попасть угораздило.
В ту ночь, когда Юля «Черри» поцарапала, у нас с ее отцом интересный разговор получился.
