Он кладет ладонь мне на затылок. И я беру глубже. Терпкая сперма ударяет на язык, этот вкус уже знаком и приятен. Я жадно проглатываю, продолжая ласки, постепенно снижая темп. Быстро. Ярко. Возбуждение всё еще бешеное. Кажется, мы можем кончать бесконечно.
– У тебя не падает. Что–то не так? – спрашиваю, вытирая губы.
– Иди, объясняю, – с легким смешком.
Я льну к его груди, готова слушать. Но Матвей настойчиво помогает отвернуться и устроиться на боку. Входит в меня сзади. Медленно, толчок за толчком. Во всю длину.
Я выгибаюсь ему навстречу. Принимая. Он прижимается губами к моему плечу, а затем прикусывает кожу. Стонет.
– Хочу пососать у тебя. Еще, – молю его
Два его пальца касаются моих губ, протискиваются в рот. Я начинаю их посасывать, смачивая языком. Матвей покусывает меня, медленно плавно двигаясь. Во всю длину выходит и входят снова.
Снова и снова.
И снова.
Пока я не кончаю опять. А он не изливается в меня, ускорившись.
Достает пальцы и ведет по моим губам, щеке, размазывая слюну. Боже, я кончала и сосала его, усиливая наше общее удовольствие.
Оборачиваюсь, и наши губы встречаются. Мы целуемся. Потом открываемся друг от друга, Матвей заглядывает в глаза. У него они темные, бездонные и какие–то... сказочно теплые. Щеки румяные, на висках капельки пота, которая я тут же сцеловываю.
Всего бы его съела.
– Тебе понравилось? – уточняю.
– Ты прекрасна, – шепчет.
И я расцветаю. Мы прижимаемся губами и закрываем глаза. Молчим.
– Юль? – напрягается.
– Живет никак не расслабится, – отвечаю.
Матвей накрывает ладонью низ живота, греет. Потом водит кончиками пальцев. Исключительно нежно. А моя душа расцветает. Я ведь знаю прекрасно, что он не хотел этого малыша и не рад ему. Но это наш с ним ребенок, поэтому Матвей его принимает. Легко. Потому что мы близкие люди.
Друзья.
Только ли?
Через полчаса мы быстро моемся по очереди и завтракаем. Бабушка, к счастью, не выходит поздороваться. Иначе бы я провалилась сквозь землю! Мы вели себя очень тихо за закрытой дверью, но правда такова, что я оттрахана и вылизана.
Стоит замереть и задуматься, тут же вспоминаю касания Матвея. Лучше немного отдышаться.
Матвей же с утра на телефоне. Пьет кофе и обсуждает со своим старостой практику и конспекты. Он выглядит очень хорошо: расслабленный и в то же время собранный. Очень умный. Бесконечно в себе уверенный.
Давно его таким не видела. Этой ночью он будто сбросил тонну напряжения.
Перекусив, мы поспешно одеваемся и выходим на улицу.
