– Мы обязательно придем!
Степка быстро сдружился с соседскими детьми, и они все дни проводили вместе. Вика отмыла, отчистила и смазала забытый велосипедик, и Степка рассекал на нем по участку, благо снега и морозов пока не было, да и дождей последние дни не наблюдалось.
Лена и Зина на правах местных жительниц в первый же день сбагрили ей своих детей, тоже снабдив их великами, и Вика улыбалась, занимаясь делами, под визги, смех и радостные крики детей на участке.
Нет, правильно они решили отдать Степика в садик, он очень коммуникабельный ребенок, и ему необходимо общение со сверстниками.
Брать по утрам молочную продукцию Вика договорилась, радуясь, что Степка отъестся на натуральном молоке, а вот за остальными продуктами надо ехать аж на МКАД, в гипермаркет. Конечно, можно купить какие-то продукты и в местных магазинах, но Вика решила взять все сразу в большом. Она оставила Степку у Зины и, съездив один раз, забила холодильник и кладовую, заранее подготовившись к грядущему дню рождения.
Степка веселился, обретя новую компанию, и, что больше всего радовало Вику, почти весь световой день проводил на свежем воздухе.
Веселиться-то он веселился, но по сто раз в день спрашивал:
– Когда папа приедет?
«Да никогда!» – раздражалась про себя Вика, не зная, что ему ответить.
Не приедет он и не должен приезжать, конспирация, знаете ли, батенька!
Но Степке про конспирацию не объяснишь, и Вика рассказывала ему о трудной и сложной папиной работе, о том, что ему надо лечить больных людей, и всякую пафосную дребедень про долг врача.
А что ему сказать?"
"Денис дал ей мобильный телефон и объяснил, что по этому телефону она спокойно может связываться с ним и с Олегом Николаевичем, как делала раньше, через его друга. Но не с Егором, лучше не надо, – береженого Бог бережет, мало ли, его вполне могут прослушивать.
А она и не собиралась. Зачем?
Как там дальше будет, неизвестно! Вот разоблачит Денис всю вражью силу, а потом посмотрим. Захочет общаться со Степкой – всегда пожалуйста!
Без особого труда уложив Степку спать, так он нагулялся, что уснул мгновенно, Вика убрала на кухне, вымыла посуду и поднялась в спальную, на втором этаже, отведенную ей.
Она не стала зажигать свет, а встала у окна, глядя в темноту.
Завтра у Степки день рождения.
Четыре года!
Он родился в одиннадцать утра. Вика вспомнила, как акушерка уговаривала ее сочувственно:
– Ты покричи лучше, чего терпеть?
Но она стонала, закусив губу, почему-то ей было стыдно кричать.
