Тот сегодня был в светском наряде, и Лисса с трудом узнала капитана без формы и с распущенными волосами. Обычно его волосы были заплетены в тугую косу. Капитан не походил на темноволосых и светлокожих вайтэрдцев. Он был смуглым, с вьющимися светло-русыми волосами и ясными голубыми глазами, яркими, как небо над родной землёй Лиссандры в солнечный день. Если не он сам, то его предки явно были из южной страны за большой водой. Срединные земли вели торговлю с Азарией, поэтому Лиссандра имела представление о местных жителях — темпераментных, отважных мореплавателях, отчаянных и порой совершенно безрассудных.
Капитан Норинг по темпераменту отличался от своих прародителей. Хотя был так же красив. Лиссандра даже засмотрелась, сравнивая супруга и капитана. Смутилась, когда её взгляд перехватил Эрик и, проследовав по траектории, понял, на кого смотрит Лиссандра.
Слуги занесли на блюдах целые туши зажаренных на вертелах поросят и водрузили на обильно накрытый стол.
Это действо привлекло всеобщее внимание, и Лиссандра, воспользовавшись моментом, отвернулась к столу.
Герцог, не затягивая, пригласил присутствующих за стол. Конечно, он не объявлял это во всеуслышание, а просто сам прошёл к креслу супруги, помогая присесть ей, а затем устраиваясь на своём законном месте. Достаточно было того, что милорд взял в руки двузубую вилку, и присутствующие тут же хлынули усаживаться на свои места. В основном, расположение за столом не принято было менять.
На новое место садились только после особого пожелания герцога. Так, как произошло с баронессой. Леди Клотильда теперь сидела поблизости от хозяев, тем самым демонстрируя особое к ней расположение герцога Гренстона.
Лисса тоскливо вздохнула, думая о том, что герцог отбудет в ближайшее время вместе с капитаном Фламбери, а баронесса так и будет сидеть на своём месте.
— Почему вы не едите? — раздалось рядом. Лисса обнаружила, что сидит над пустой тарелкой, и потянулась к ближайшему блюду из разваренной пшеницы, сдобренной снятым с молока взбитым маслом.
— Задумалась.
— О ком? — голос Эрика звучал ровно, а вот в душе было не так спокойно. Ему категорически не понравился взгляд Лиссандры, направленный на капитана Норинга.
— О себе, — и ведь не покривила душой. Думая об отъезде супруга, герцогиня размышляла о себе — о том, как она сможет вытерпеть присутствие баронессы за общим столом.
