— Клотильда, милая, что же ты делаешь? — вымученно спросил герцог и аккуратно отстранился, хотя это оказалось проблематично. Баронесса держалась за него цепко. Уже твёрдо он сообщил: — Ты останешься в моём ближнем окружении, пока не родишь. За это время или ты сама найдёшь себе супруга, или я. Как только ты оправишься после родов — выйдешь замуж. Приданым я тебя обеспечу. Но прошу, помни: у меня есть супруга. Наш союз особо отмечен Единым.
— Как прикажете, милорд, — криво ухмыльнулась Клотильда, соскальзывая руками по плечам герцога.
— Только знайте, что ни одна женщина не заменит меня. Ваша супруга высокомерная, чванливая особа, которую даже родные недолюбливали. Вы ещё намаетесь с ней. Никогда вы не получите от неё столько тепла, как дарила вам я. Рыжее Чудовище — так вы назвали её в письме. Ей очень подходит! Сочувствую, что вам с ней придётся иногда делить постель. Она до сих пор не забеременела от вас? Уверена, что она пьёт специальные травы, чтобы этого не произошло вовсе. Если нас с вами Единый наградил вопреки тому, что вы заставляли меня пить специальный отвар, то она делает это осознанно.
Я не увидела в ней любви к вам.
— Успокойся, Клотильда. В тебе сейчас говорит ревность. Ты не знаешь, какая она на самом деле. И не нужно делиться со всеми тем, что я написал лично тебе сразу после свадьбы. За то время, что мы ехали домой, многое изменилось.
— Поздно, — злорадно улыбнулась баронесса. — Я же не знала, что подробные неприглядные сведения о будущей Хозяйке Стоунберга — тайна. Люди должны были знать о смене вашего статуса и о том, что их ждёт с приездом вашей супруги.
Они уже сделали выводы. Осталось только подтвердить или опровергнуть их на практике. Пока она оправдывает то, о чём вы писали. Сегодня она эгоистично пренебрегла своими обязанностями вашей супруги на первом совместном завтраке. Выставила вас посмешищем. Мне стоило большого труда успокоить сплетниц и дать ей шанс.
Герцог Гренстон недовольно морщился, слушая баронессу. Он пожалел, что тогда, под влиянием момента, отправил письмо Клотильде с извинениями и заверениями, что в жизни баронессы ничего не изменится с приездом законной супруги.
С другой стороны, в чём-то она была права. Людей тогда нужно было успокоить, а то они напридумывали бы всяких небылиц.
— Судить действия герцогини Гренстон — мой удел, — жёстко подвел итог разговора герцог и сбросил руки Клотильды с себя. — Для всех она Хозяйка Стоунберга, леди Клотильда. Попрошу впредь уважительно отзываться о миледи Лиссандре.
