— Подавала, — растерянно произнесла Викина тётя. — Вы её нашли? — с надеждой спросила у оперативника.
— Боюсь, что да, — ответил Игорь, ожидая дальнейшей реакции женщины.
— С ней всё в порядке? Она у вас? — начала задавать глупые вопросы Марина. Игорь посмотрел на лежащую перед собой фотографию и размышлял, как бы корректнее ответить.
— Приезжайте сегодня ко мне в отдел и мы побеседуем.
— Хорошо, — еще более рассеянно ответила женщина.
— Я сейчас вышлю вам точный адрес и схему проезда. Через сколько вас ждать? — давил на своё Игорь.
— Я смогу освободиться через сорок минут, и сразу поеду к вам.
— Не забудьте паспорт! До встречи!
— До встречи…
Мужчина положил трубку, откинулся в кресле и начал размышлять с чего лучше начать разговор.
Пережив горе личное, Игорь стал гораздо менее восприимчив к чужому. Может, так срабатывает психологический барьер, может, просто очерствело сердце, а может, и вовсе произошла банальная профессиональная деградация личности.
Причина не важна — важен результат."
"Смотря на убивающуюся горем женщину, которая уже порядка тридцати минут никак не может прийти в себя, оперативник не испытывал ни капли сочувствия. Вместо этого, мужчина терпеливо ждал, когда же Марина Анатольевна возьмет себя в руки и сможет отвечать на вопросы.
Освидетельствование в морге подтвердило лишь то, что Игорь знал и без него, погибшей являлась Виктория Владимировна Ольхова. Именно её встретили мужчины в клубе в прошлую субботу, именно она уехала в неизвестном направлении с Виталием Игоревичем Мухиным, именно их тогда упустили опера.
Как ни странно, но раскаяния в сердце у Гоголя не было, он не испытывал к погибшей ни жалости, ни печали, единственное, что хотел оперативник — найти и задержать негодяя, который так жестоко обращается с более слабыми созданиями.
В результате вскрытия обнаружилось, что в крови жертвы была ядрёная смесь из алкоголя и наркотических средств, что женщина неоднократно была подвершена сексуальному насилию, но никакого иного ДНК, помимо её собственного, обнаружено не было.
Об этом всём Игорь решил не рассказывать несчастной женщине, поскольку, как он считал, сначала нужно выяснить в курсе ли вообще родственница о разгульном образе жизни племянницы.
Спустя час рыданий, местами переходящих в истерику, мужчина не выдержал и заставил тётю пострадавшей выпить успокоительное, которое всегда лежало в перчаточном ящике его автомобиля.
