Мне хочется отшатнуться, но я не шевелюсь. Дуло пистолета всё ещё приставлено к моей голове.
– Все вон, – говорит тихо, но его голос, словно удар молнии.
Никто не смеет ослушаться, уходят. Мы остаемся один на один. И меня пронзает дикий ужас.
Мужчина рассматривает меня… Смотрит в самую сущность. И я вижу, что ему нравится то, что он видит перед собой. Я начинаю дрожать от интенсивности его взгляда. Каждый волосок на теле встаёт дыбом. Он может сделать со мной абсолютно всё, что вздумается и никто не вмешается. Я боюсь его до дрожи в коленях.
Я не наивная девочка и прекрасно понимаю, что со мной может произойти. И смерть – не самое ужасное.
Все покинули помещение, и мы остались одни. Не считая трупа. Сердце стучало так громко, что я была уверена – незнакомец слышит его. Он был огромен. Намного выше меня, широкий в плечах, мощный. Он мог одной рукой разломать мне все кости. Мужчина обошёл меня по кругу и встал за моей спиной. Я задрожала ещё сильнее. Он стянул резинку с моих волос, и они рассыпались по плечам.
Почувствовала, как он потянул за прядь не сильно, но ощутимо. Я нервно сглотнула.
– Натуральный цвет? – спросил он.
А я не ответила, просто не могла, горло перекрыло страхом.
Дёрнул за прядь сильнее, пришлось сжать зубы.
– Умолять будешь? – опалил горячим дыханием щёку.
Я дернулась, почувствовала его ухмылку кожей.
Умолять? Я не собираюсь унижаться перед ним. Я ни в чём не виновата. А он уже решил, что со мной сделает, мольбы здесь не помогут.
– Нет, – ответила, откуда только силы взяла.
– Смелая. Но меня все умоляют, – сказал, а я поверила, даже не сомневалась.
Снова встал передо мной. Я нагло посмотрела в его лицо. И про себя отметила, что он красивый. Не слащавой красотой, а какой-то дикой, необузданной, как какой-то хищник.
Он отошёл на несколько шагов назад и просто смотрел на меня. Меня колотило от нервов. Я хотела закричать, броситься на него с кулаками, потребовать, чтобы не тянул!
– Раздевайся, – услышала свой приговор.
Меня охватила паника. Только не это… Он собрался меня взять силой? Глаза начало жечь от подступивших слёз.
Но выбора у меня не было. Я могла послать его, отказаться, так он разозлиться, и не понятно, что со мной случится. А сейчас есть призрачный шанс, что после он оставит меня в живых.
Трясущимися руками начала стягивать с себя рабочую одежду. Кофту, лосины, осталась в нижнем белье. Я не смотрела на своего мучителя, не могла. Мне было противно и неприятно.
– Бельё снимай, – безразличный голос.
