— Привет, — киваю я в ответ, открывая свой шкафчик и доставая униформу, состоящую из классической чёрной юбки до колен, белой рубашки с короткими рукавами и огненно-красным платком, который мы в обязательном порядке повязываем на шею.
— Кстати, Маш, забыла тебе сказать, — Алёнка натягивает джинсы на ноги, сидя на стуле. — Слух прошёл, что Гром вернулся сегодня в город.
Алёна тоже работает здесь официанткой, но только всегда в дневную смену. У неё маленький ребёнок, поэтому ночные смены для неё табу.
Сейчас она, в отличие от меня и подруги, наоборот, собирается уходить домой.
— Впервые слышу, — Машка хмурится, завязывая в этот момент на шее платок, пытаясь создать красивый узел. — Ржавый говорил, что он только послезавтра появится.
— Ну, судя по тому, как рано прискакала Ленка, да ещё и сколько времени она грохнула на свой марафет, крутясь перед зеркалом, боюсь, что слухи оправданы. Подозреваю, что наш Гром появится всё-таки уже сегодня здесь.
Я чуть ли не задыхаюсь от волнения, понимая, что знакомство с владельцем этого заведения может произойти уже сегодня ночью.
Страшно до ужаса. Всё, что я слышала о нём, сформировало в моей голове образ сурового и немного деспотичного мужчины. Боялась, что он с лёгкостью может уволить меня, решив, что я по каким-то причинам не подхожу для этой работы.
Машка презрительно фыркает, как только слышит женское имя.
Хочется сделать то же самое, но только морщусь, поворачиваясь спиной к девчонкам. Начинаю снимать с себя бриджи и футболку дрожащими руками.
Кх-м… Лена.
Ещё одна официантка. Жгучая двадцатисемилетняя брюнетка, этакая женщина-вамп и… моя головная боль. Единственный человек, который принял меня здесь в штыки.
Я искренне не понимаю, за что она меня так невзлюбила, причём с самого первого взгляда. Когда Машка знакомила меня со всеми девчонками, Лена единственная молча прошлась по мне с головы до ног пристальным высокомерным взглядом. А после процедила сквозь ослепительно белоснежные зубы что-то вроде приветствия и тут же ушла из комнаты.
После этого в свою сторону я слышала от неё только какие-то подколки, произнесённые обязательно язвительным тоном. Никакой помощи или советов, которые сыпались от других членов этого дружного коллектива.
Признаться, я долго, почти две недели, не могла понять, как ей с таким характером и норовом удавалось тут спокойно работать. А потом поняла. К другим она относилась совершенно не так.
