Я не знаю, что ты можешь сделать.
Его глаза встретились с ее.
— Миледи, уверяю вас, я не представляю для вас опасности.
— Говорит Охотник на волков.
— Ты считаешь меня опасным, но позволяешь собаке работорговцев с окровавленными зубами лежать у твоих ног.
— Я знаю собаку дольше, чем тебя.
Он улыбнулся ей.
— Могут ли два человека по-настоящему узнать друг друга через прутья человеческой клетки?
Шарлотта моргнула. Он процитировал «Балладу пленника», произведение, которое считалось одной из вершин Адрианглийской литературы.
Она сидела на грязных сумках посреди поляны, заполненной трупами, и человек, который, по его собственному признанию, был серийным убийцей, только что процитировал ей философский трактат. Это, должно быть, какой-то сюрреалистический абсурдный сон.
— Я могу просто уйти и оставить тебя в клетке, — сказала она.
— Не думаю, что ты это сделаешь, — сказал Ричард.
— Почему ты так уверен?
— Ты исцелила меня, — сказал он. — Я помню твои глаза. Ты не приговорила бы человека к медленной смерти.
Он разгадал ее блеф. Оставить его умирать с голоду было выше ее сил, каким бы опасным он ни был.
— Если я открою эту клетку, ты ответишь на мои вопросы.
— Настолько честно, насколько это в моих силах.
— Прежде я выпущу на тебя тиф, малярию, красную смерть, эболу, туберкулез… У тебя есть какие-нибудь предпочтения? У меня много чего есть.
— Где? — спросил Ричард.
— Я ношу их спящие образцы в своем теле. Чтобы вылечить болезнь, нужно сначала понять ее, а иногда для вакцинации необходима преднамеренная инфекция.
Если ты попытаешься напасть на меня, я прикончу тебя, Ричард. Оглянись вокруг, если у тебя есть какие-то сомнения.
— Я постараюсь, чтобы это не вылетело у меня из головы.
Шарлотта встала. Блондинистый работорговец был вожаком. Скорее всего, ключ у него. Она присела на корточки рядом с его телом… оно ужасно пахло, и обыскала его одежду, быстро вывернув карманы. Деньги, патроны…
— Ключа нет.
— Спасибо, но нам не обязательно его находить, — сказал Ричард.
— Мне нужен только нож и свободные руки.
Она вытащила клинок из ножен на поясе работорговца, просунула руку между прутьями и распилила жесткую веревку, связывающую его запястья. Веревка оборвалась. Он расправил плечи и протянул руку.
Она могла бы пожалеть об этом, но она не могла просто оставить его в клетке. Шарлотта вложила клинок ему в руку. Ричард перевернул его. Она почувствовала, как магия потекла к клинку.
