— Два-два-семь двадцать один тридцать.
Трясущимися пальцами Тюли набрала номер и сунула ей трубку.
— Шарлотта слушает, — сказала Шарлотта спокойным голосом.
— Где ты? — зашептала Элеонора.
— В конце дороги. Люк запоздал, я только что получила кровь.
— Не возвращайся домой!
— Почему? Элеонора, что случилось?
— Мне нужно, чтобы ты отправилась к Руни. Возьми вторую развилку налево, затем езжай до конца дороги. Скажи Малькольму Руни, что у нашего дома работорговцы. Их шестнадцать, и им нужен Ричард. Скажи ему, что он мой должник, и что у него красивая дочь, и он не хочет, чтобы они появлялись в его доме в следующий раз.
Если он знает, что для него хорошо, он соберет ополченцев и прогонит их из Грани. Езжай, Шарлотта. Езжай быстрее.
Телефон отключился, и она сунула его обратно Тюли.
— Все, что тебе нужно сделать, это прийти сюда и передвинуть один из этих камней, — прокричал работорговец. Элеонора посмотрела через щель. Он вытащил нож. Большое изогнутое лезвие сверкнуло на солнце. — Ты же знаешь, как это бывает, — крикнул он.
— Я мирный человек. Не заставляй меня это делать.
* * *ШАРЛОТТА развернулась на бешеной скорости. Работорговцы? В этом не было никакого смысла. Рабство было объявлено вне закона как в Адрианглии, так и в Сломанном давным-давно. Но страх в голосе Элеоноры был живым и неподдельным.
Ей нужно было попасть к Руни. В Восточном Лапорте не было полиции, но когда что-то угрожало всему городу, Эджеры иногда собирались в ополчение, чтобы дать отпор.
Мимо мелькали деревья.
Давай, мысленно приказала она. Давай быстрее, грузовик. Езжай быстрее.
* * *— ПОСЛУШАЙ меня. — Элеонора сжала костлявые плечи Тюли. — Теперь они причинят вред Дейзи. Мы ничего не можем с этим поделать. Охранные камни удерживают меня от использования магии на них, и если мы попытаемся стрелять в них, они убьют ее.
— Она моя сестра! — прошептала в ответ Тюли. — Если мы отдадим этого парня им…
— Они убьют нас всех. Они лгут, дорогая. Они лгуны, плохие, ужасные ублюдки. Мы должны подождать, пока придет помощь.
— Элеонора обняла ее. — Не важно, что ты слышишь, не важно, что ты видишь, ты не можешь выйти туда. Мы должны переждать.
— Держи ее, — сказал работорговец.
Дейзи захныкала.
Элеонора прижала к себе Тюли.
— Не слушай. Заткни уши.
— Последний шанс. Сдвинь камень, и вы можете уйти.
Элеонора затаила дыхание.
— Ладно, — сказал работорговец.
Дейзи взвизгнула, пронзительный звук был пронизан болью.
Элеонора мельком посмотрела в окно.
