— Ты хочешь меня? — спросил Ричард.
— Да. — Он понятия не имел, как сильно.
Ричард стянул с себя тунику. Под ним его тело было покрыто стальными, резными мышцами, а бронзовая кожа была покрыта застарелыми шрамами. Она молча смотрела, как он снимает ботинки. Штаны последовали за ними. Он был возбужден.
О боги, он был так возбужден.
Ричард сел на кровать, прислонился к резному деревянному изголовью и положил мускулистые руки на его верхний край. Его худощавое, твердое тело выглядело почти декадентским на фоне простыней.
— Иди сюда, — пригласил он.
Она уставилась на него широко раскрытыми глазами.
— Ты хочешь, чтобы все было по-другому. Давай, сделай все по-другому.
— Я?
— Ты.
Он отдавал ей контроль. Она не знала, что ей с этим делать.
Она что-нибудь придумает.
Шарлотта разделась, тряхнула головой, позволив своим светлым волосам упасть вокруг нее облаком, и села на кровать.
Он смотрел на нее с таким безудержным, почти диким желанием, что она покраснела. Он отпустил все свои тормоза.
Это был Ричард без манер, без должного этикета, без сдержанности. Она думала, что он лед. Она и понятия не имела, что он огонь.
Неловкость исчезла, оставив только возбуждение.
— Что я могу делать? — спросила она.
— Все, что пожелаешь.
Все, что она пожелает. Она подняла руку и коснулась его груди, проведя пальцами по узкой впадинке между твердыми пластинами грудных мышц. Он напрягся, его тело напряглось под ее прикосновением, но руки остались на спинке кровати. Она чувствовала себя такой свободной и… распутной.
Да. Это было подходящее слово.
Шарлотта скользнула пальцами ниже, лаская твердые выпуклости его брюшных мышц, скользнула рукой ниже, мимо пупка, прослеживая длинную линию дорожки волос, направляясь вниз.
— Ричард?
Его голос был напряжен.
— Да?
— Насколько хорош твой контроль?
— Насколько хорошим он должен быть? — отрывисто спросил он. Его бицепсы вздулись, когда он схватился за спинку кровати.
— Сможешь ли ты держать руки на спинке кровати?
— Если ты этого хочешь, то да.
Она коснулась гладкой головки его члена, и он согнулся в ответ, слегка приподнявшись с одеяла.
— Давай это выясним, — прошептала она.
Она погладила его по всей длине и наклонила голову, чтобы поцеловать в шею. Его щетина царапнула ее язык. Она почувствовала легкий привкус пота и мыла. Он застонал. Она улыбнулась и снова поцеловала его — губы, грудь, провела языком по соскам, по твердому животу. Настойчивый, жидкий жар скопился между ее ног.
