Возможно, он смеялся над ее дискомфортом в своей голове.
Она должна перестать позволять своим мыслям пускаться вскачь, как диким лошадям. Они увозили ее в сумасшедшие места. Ему нужна помощь, чтобы снять камзол? Хорошо. Она поможет ему. Шарлотта встала и осторожно помогла ему снять камзол, под которым оказалась темная туника с длинными рукавами. Она бы с удовольствием сорвала ее с него, просто чтобы подчеркнуть свою точку зрения, но профессиональная гордость не позволяла ей намеренно причинять боль пациенту.
Его рука все еще была прикрыта рукавом туники. Придется ли ей снимать ее с него? Перед ее мысленным взором возникли образы его тела под туникой, с тугими мускулами под бронзовой кожей. Нет, об этом не может быть и речи.
— У тебя есть нож? — спросила Шарлотта.
Он вытащил нож и протянул ей, рукояткой вперед."
"— Прекрасно. — Она взяла нож и разрезала его рукав, обнажив повязку. Она вернула ему нож. Он потянулся за ним. Его пальцы коснулись ее, и каждый нерв в ней встал в полную боевую готовность.
Совершенно нелепо.
Она сняла ленту и бинты. Порез кровоточил не так сильно, как она ожидала. У Ричарда был замечательный талант к быстрому исцелению. Она коснулась раны, позволив потоку золотых искр омыть ее. Ричард держался совершенно неподвижно.
— Тебе позволено вздрагивать, — сказала она.
— Только если ты пообещаешь никому не говорить.
— Я сохраню твою тайну.
Она положила руку на рану, ее пальцы коснулись его резных бицепсов, и направила свою магию, восстанавливая поврежденные ткани, соединяя кровеносные сосуды и очищая любые намеки на инфекцию.
Она запечатала кожу, болезненно осознавая, что он сидит рядом, всего в нескольких дюймах от нее. Она хотела снять с него тунику. Ей хотелось прикоснуться к его загорелой коже, провести рукой по твердым выпуклостям живота, погладить грудь.
— Все готово, — сказала она.
— Спасибо.
Уродливый шрам от ожога пересекал его плечо в паре дюймов над раной. Края шрама были идеально ровными, словно кто-то нагрел металлический прямоугольник и прижал его к плоти.
— Можно?
— Ну конечно.
Она дотронулась до него. Нагретый металл должен был держаться на коже по крайней мере несколько секунд.
— Тебя заклеймили?
— В некотором смысле.
Варварство причинять такую боль человеку.
— Кто это сделал?
— Я сам.
Она посмотрела на него.
— Ты сделал это с собой? Зачем?
Он вздохнул.
— У меня на плече была татуировка. Я хотел, чтобы она исчезла.
