Ричард стиснул зубы и посмотрел на порез. Кровь залила его кожу и капала на пол. Это не приведет ни к чему хорошему.
Боги, было чертовски больно. Он глубоко вдохнул через нос, пытаясь отделить себя от боли, заставил свое лицо принять спокойное выражение и повернулся к Шарлотте.
Она осела на опрокинутый сундук, плечи ее поникли, спина согнулась.
— Дай мне посмотреть.
— Нет. — Если бы она увидела это, то попыталась бы исцелить его, а он не мог позволить ей сделать это.
— Милорд…
— Я сказал нет.
— … не будь ребенком.
Ребенком? Он оторвал рукав от рубашки южанина и обернул его вокруг руки.
— Вот. Перевязал.
— Не говори глупостей.
Он поднял свой меч. Его левая рука горела, и было больно двигаться.
— Ричард, не игнорируй меня. Ты только что обернул грязной тряпкой открытую рану, которая наверняка уже заражена.
Он подошел к ней.
— Я в порядке. Ты истощена.
— Дай мне хотя бы взглянуть!
— Ты достаточно здорова, чтобы подняться наверх?
Она оттолкнулась от сундука, в ее глазах сверкнул знакомый лед.
— Без моей магии и с закрытыми глазами я лучший полевой медик, чем ты. Ты позволишь мне осмотреть твою рану и перевязать ее как следует, вместо того чтобы обматывать грязным рукавом. Это займет две минуты, а потом мы поднимемся наверх и разыщем бухгалтера. Или мы можем сделать это по-твоему, и ты можешь упасть в обморок от потери крови, и в этом случае мы оба умрем, потому что я не смогу нести тебя или защитить. Вашу руку, милорд. Немедленно.
Он повернулся, протягивая ей левую руку. Так было проще, чем спорить.
Она вытащила из-под плаща сумку, открыла ее и достала пластиковую аптечку первой помощи со знакомым красным крестом на ней. Шарлотта открыла аптечку, достала маленький пузырек и протянула ему.
— Выпей это.
Он вытащил зубами пробку и залпом выпил горькую жидкость. Холод пробежал по нему, вниз по поврежденной мышце, прямо к источнику боли. Наступило долгожданное оцепенение. Это было божественно.
Шарлотта плеснула что-то на порез и принялась перевязывать ему руку.
— Он задел кость.
— Хм.
— Эта рутина с каменным лицом не нужна. Я знаю, что боль мучительна.
— Если мое катанье по земле и плач облегчат тебе жизнь, я непременно сделаю это. — В конце концов не выдержал он. Он победил и выжил, и она тоже.
Шарлотта закатила глаза.
— Нам повезло, что его меч оказался таким острым. Порез достаточно аккуратный. Если ты дашь мне час или два, чтобы прийти в себя, я вылечу его. Нужно ли было позволять ему резать тебя?
Агрх.
— Да, а то.
