Но здесь была Шарлотта, и она пробудила в нем что-то такое, что заставило его ответить. Он ничего не мог с собой поделать.
Если бы он встретил Шарлотту до того, как все это началось… Это была интригующая, но в корне глупая мысль. Если бы он встретил ее, она бы даже не взглянула на него. Она была голубокровной и целительницей, вероятно, очень уважаемой, в то время как он был болотной крысой без имени, статуса, звания и с очень скромными средствами к существованию.
И все же он не мог перестать думать о ней. Вот так все и началось, мрачно подумал Ричард.
Думая о женщине, гадая, на что это было бы похоже, представляя ее. С чисто физическим влечением он мог справиться, но он видел ее в момент уязвимости. Он точно знал, чего ей стоило последовать за ним. Она была мужественна в истинном смысле этого слова. Опыт и тренировки давали ему преимущество, и он редко испытывал острый страх перед противником. Большую часть времени он даже не чувствовал беспокойства, словно его душа покрылась мозолями. Возможно, ему просто нечего было терять.
У Шарлотты не было боевого опыта. Она хорошо скрывала свой страх, но он учился читать ее мысли. Когда она вздернула подбородок и расправила плечи, Шарлотта испугалась. Она встревожилась, когда они встретили Джейсона Пэрриса, опасалась, когда они столкнулись с головорезами, и испугалась, когда толпа погналась за ними. И все же она продолжала идти, каждый раз преодолевая свой страх. Эта сила воли была достойна как восхищения, так и уважения. Сама ее человечность делала ее очаровательной и притягивала к себе.
Он хотел узнать о ней больше. Он хотел избавить ее от этого страха. Он хотел убрать все, что причиняло ей дискомфорт. Однако не было никакого способа сделать это, не прервав ее участия, и он дал обещание уважать ее миссию.
Джек вышел из комнаты. Глаза мальчика были красными, и он был обнажен.
Ричард предложил ему одежду. Мальчик оделся.
Ричард поднялся.
— В горе нет ничего постыдного. Это человеческая эмоция. Ты не сделал ничего плохого.
Это не делает тебя слабым, и тебе не нужно это скрывать.
Джек отвел взгляд.
— Ты не смог бы предотвратить смерть своей бабушки. Не бери на себя никакого чувства вины. Вини тех, кто действительно несет за это ответственность.
— А что случилось с работорговцами? — спросил Джек хриплым голосом.
— Твоя бабушка убила некоторых из них. Шарлотта убила остальных.
Они бок о бок спускались по лестнице.
— Я хочу участвовать, — сказал мальчик.
— В чем?
— Ты же Охотник.
