Вот ведь экстрасенс, безошибочно отыскал слабую точку."
"— Нравится, — еще пытаюсь бороться, однако тщетно, поток сознания вырывается на волю и не спешит заткнуться: — Ну, хоть убей, не понимаю, зачем здесь фонтан? Тем более, такой огромный, не такой огромный как поющий из Барселоны, но все равно здоровенный. Что за желания у этого Дитца? Конечно, вписывается все нормально, даже удивительно… я бы не поверила, что может вписаться, если бы не увидела лично… просто… он это серьезно?! Фонтан… честно, за гранью! И эта тяга ко всему французскому — Луара, замок, словечки.
Если не хочешь признаваться, о чем вы говорили, то молчи. Только скажи… тебе действительно плевать на Сильвию? Неужели совсем не беспокоит ее поведение, даже забавляешься, наблюдая… да или нет?
Он подает мне бокал шампанского, ловко заимствованный с подноса, проходящего мимо официанта.
— Настоящая любовь — наркотик, и нужны такие отношения, которые не приведут к передозировке, а заставят получить экстаз, — говорит фон Вейганд.
В очередной раз хочется вцепиться ногтями в его самодовольную физиономию.
— И в каком месте это ответ на вопрос? — срываюсь на истеричные ноты.
— Так сказал Дитц, почти так, только по-французски, — объясняет он тоном, которым родители урезонивают непослушных детей.
— А дальше? — живо интересуюсь я.
— А дальше скажу, что принципиально не реагирую на глупые высказывания, однако вновь и вновь делаю исключения для тебя. Всему приходит конец, и думаю, нам не стоит злоупотреблять, превышая допустимые лимиты.
— В общем, на сегодня предел откровенности исчерпан, если никто из нас не планирует нарваться на неприятности, — резюмирую с грустью.
— Точно, — заговорщически подмигивает фон Вейганд. — Теперь предлагаю смотреть шоу. Ты же хочешь узнать, почему замок называется Rouge?
И свет потух.
Literally (В прямом смысле).
Глава 4.3
Резко умолкла музыка, по залу пронесся возмущенный гул. Я не успела испугаться, потому что сильная рука властно легла на мою талию, притягивая ближе и ограждая от всех мировых напастей.
Воображение начало рисовать зловещие картины, объясняющие происшедшее. Террористический акт, нападение враждебных пришельцев, апокалипсис, не свершившийся по графику пару дней назад, вдруг решил «лучше поздно, чем никогда». На самом деле, много вариантов. А мы как лохи без охраны.
— Черт, — выдохнула я.
— Не ругайся, — строго произнес фон Вейганд.
Красновато-серебристое сияние озарило помещение, изгоняя страхи.