Миллфорды, известные снобы, искренне считали, что такая невеста недостаточно хороша для их единственного сына.
Габриела была буквально раздавлена, когда Чарлз так жестоко отверг ее, хотя прекрасно скрывала свои чувства. Она не позволит отцу узнать, что единственный человек, заставивший ее серьезно подумать о браке, не пожелал иметь с ней дела из-за ее скромного происхождения.
Но остров был достаточно мал, чтобы слухи распространились с быстротой лесного пожара, и Натан каким-то образом обо всем узнал. Она могла бы сама догадаться по мрачному настроению, обычно ему не присущему, но поскольку Натан ничего не сказал, Габриела не осмелилась заговорить первой.
И только когда она упомянула, что вскоре достигнет совершеннолетия, и Охр, один из преданных членов команды, услышал ее и спросил, почему девушка в таком возрасте еще не замужем, Натан побледнел и в тот же вечер позвал дочь в свой кабинет.
После такой реакции на слова Охра девушка предположила, что он собирается поговорить о возможных женихах, которых на острове было не так уж много.
Ей и в голову не приходило, что решение уже принято.
Не успела она сесть напротив него, по другую сторону письменного стола, как он объявил:
— Я отправляю тебя в Англию.
— Нет! — вырвалось у нее.
Натан улыбнулся печальной, понимающей улыбкой. И даже не попытался возразить. Обычно он так старался угодить дочери, что та побеждала в любом споре. Но сейчас он просто объяснил:
— Ты знаешь, что мы с твоей матерью совсем не подходили друг другу.
Она была из дворян, я же — человек простой, и среди моих предков не имелось аристократов. Не думай, мне нечего стыдиться, по крайней мере в том, что касается моего происхождения и воспитания. Я вырос в Дувре. Мои родители были людьми добрыми, богобоязненными и работящими. Но твоя мать не желала ничего видеть и сочиняла для своих друзей затейливые истории о моем происхождении и о том, почему я так редко бываю дома. Она даже не хотела признаться, что я занимаюсь торговлей. Конечно, я занимался кое-чем другим, но по крайней мере она так думала.
— Я все это знаю, папа.
— Понимаю, но, видишь ли, в твоих жилах течет кровь аристократов по материнской линии. Только в этой части света никто такому не поверит. Кроме того, сегодня я осознал, чего лишил тебя, заставляя жить со мной. Лондонского сезона, роскошных балов и вечеринок, которых вправе ожидать девушка из высшего общества: всего, что желала для тебя твоя мать, включая мужа джентльмена.
