Под старость ее золотые с серебром волосы побелели; в речных землях ее боялись, считая ведьмой. Приходившим в Харренхолл странникам давали хлеб, соль и ночлег, но королеву они могли видеть лишь мельком, на стене замка или верхом на драконе: Рейена, начавшая летать с детских лет, летала на Огненной Мечте до конца.
Король Джейехерис приказал сжечь тело сестры и похоронить ее прах в Харренхолле. У ее погребального костра он сказал: «Мой брат Эйегон погиб от руки нашего дяди Мейегора в битве при Божьем Оке. Рейена, его жена и моя сестра, не пошла с ним на битву, но тоже рассталась с жизнью в тот день».
Харренхолл со всеми его землями и доходами король пожаловал сиру Бевину Стронгу, брату королевского гвардейца сира Люкамора и не менее славному рыцарю.
Но до того как Неведомый пришел за Рейеной, в Семи Королевствах произошло немало всего – и хорошего, и дурного. Не будем же забегать вперед.
В 57 году боги вновь послали королю с королевой сына. Назвали его Бейелоном в честь одного из Таргариенов, который владел Драконьим Камнем до Завоевания и тоже был вторым сыном.
Родился он не таким крупным, как его брат Эйемон, но кричал громче, а сосал так рьяно, что кормилицы только диву давались. За два дня до его рождения белые вороны из Цитадели возвестили о приходе весны, и мальчика тут же прозвали Весенним Принцем.
Принцу Эйемону в ту пору минуло два, принцессе Дейенерис четыре. Брат и сестра были совсем непохожи. Дейенерис, веселая и живая, день-деньской скакала по замку на палочке с головой дракона, перепачканная травой и грязью; мать и няньки с ног сбивались, разыскивая ее.
Эйемон рос серьезным, послушным и осторожным. Сам он читать пока не умел, но любил, чтобы ему читали. Королева, смеясь, говорила, что первым его словом было «почему».
За мальчиками великий мейстер Бенифер наблюдал особенно пристально. Раны, нанесенные стране враждой между двумя сыновьями Завоевателя, еще не до конца зажили, и Бенифер, как и многие лорды преклонных лет, опасался, как бы и эти двое в свой час не залили Вестерос кровью.
Опасения оказались напрасными: не бывало еще на свете братьев столь дружных, исключая разве что близнецов. Младший, как только научился ходить, всюду следовал за старшим и во всем ему подражал. Когда Эйемону впервые сделали деревянный меч, а Бейелона сочли для этого слишком маленьким, он подобрал палку и вступил с братом в бой, насмешив до колик мастера над оружием.
Бейелон и спать ложился с этим своим «мечом», не поддаваясь на просьбы и мольбы.
