Четырехмачтовый галеон нес столько же парусов, что и лебединые корабли Летних островов, но более глубокая осадка позволяла запастись провизией для дальнего путешествия. Когда некий браавосец спросил леди Элиссу, не думает ли та плыть в Йи Ти, она со смехом ответила: «Возможно… но не тем путем, который ты разумеешь»."
"В ночь перед отплытием Морской Начальник пригласил ее к себе во дворец, где угостил соленой рыбой и пивом. «Хочу предостеречь, миледи, – сказал он, – в Узком море вам больше оставаться нельзя.
О вас расспрашивают, за вас предлагают награду. Нехорошо будет, если вас найдут в Браавосе. В старину мы укрылись здесь, чтобы спастись от Валирии, а Таргариены – валирийцы до мозга костей. Поднимайте паруса и уходите как можно дальше».
Пока леди, называющая себя Алис Вестхилл, прощалась с Браавосским Титаном, жизнь в Королевской Гавани шла своим чередом. Джейехерис, как всегда в тяжелые времена, проводил свои дни в трудах. В тиши библиотеки Красного Замка он работал над тем, что стало главнейшим из его великих свершений.
Совместно с септоном Бартом, великим мейстером Бенифером, лордом Альбином Масси и королевой Алисанной (которых он называл «мой уменьшенный малый совет») король создавал новый свод законов.
В каждом из королевств Вестероса, какими Эйегон Завоеватель застал их, имелись собственные законы, обычаи и традиции, которые разнились даже в пределах одного государства. «До семи королевств у нас было восемь, – пишет Альбин Масси, – до восьми – двенадцать, еще раньше – тридцать и так далее, и так далее.
В Век Героев насчитывалось около ста королевств (девяносто семь в одно время и сто тридцать два в другое). Их число постоянно менялось в зависимости от исхода войн и судьбы королей».
Законы были столь же изменчивы. Один король был суров, другой милостив, третий во всем следовал Семиконечной Звезде, четвертый – древним законам Первых Людей, пятый – своим капризам, шестой судил трезвый так, пьяный эдак. Противоречивых прецедентов со временем накопилось столько, что каждый лорд, имевший право заточать и казнить (а то и не имевший такого права), решал дела своих вассалов по собственному разумению.
Джейехерис, не терпевший беспорядка и путаницы, взялся вычистить законодательные конюшни. «Семью Королевствами теперь правит один король – значит, и закон должен быть для всех одинаков», – сказал он. Столь колоссальная задача была рассчитана не на один год и даже не на десять лет.
