О чем просила моя мать?
– К гинекологу? – поморщившись, я подхватил свои часы и застегнул их на запястье.
Мама прыснула от смеха.
– Он акушер-гинеколог. Не превращай это во что-то странное. – Я взял сотовый в руку и вытащил из комода черную футболку Джекса. Мои вещи все еще оставались у Мэдока. – Э, что ж… Я предпочел бы отказаться, но если нужен тебе…
Послышался ее тихий смех.
– Ты прелесть.
Закатив глаза, я на мгновение опустил телефон, чтобы надеть футболку.
– Во сколько за тобой заехать?
– В полдень, – ответила она.
– И спасибо.
Хоть мама и не видела, я согласно кивнул. Я пытался вести себя добрее. Мне казалось, она это заслужила, но было чертовски сложно изменить наши отношения после столь долгого времени.
Как пробудить в себе симпатию и уважение к человеку, к которому в прошлом испытывал совершенно противоположные чувства?"
"Это не произойдет в одночасье. Более того, ощущение складывалось такое, что между нами навсегда останется доля неприязни.
Но Куинн Карутерс, моя пока не рожденная сестра, получит все.
Никто не встанет у нее на пути, особенно я.
Ради нее я поставлю крест на остатках своей детской обиды.
Подойдя к окну, я сосредоточил взгляд на Тэйт. Она сидела по-турецки на кровати, в окружении книг. Ее волосы спадали на загорелые плечи. Когда девушка встала и зачем-то подошла к своему айподу, из моей груди вырвался тихий рык, а член напрягся, набух.
– Мне пора, – сказал матери. – Увидимся завтра. – Я сбросил вызов и опустил мобильник. Сжав его в пальцах, наблюдал за Тэйт всего несколько секунд.
Цветущая, милая и прекрасная, она сводила меня с ума. Я сбежал по лестнице, отправив ей эсэмэску на ходу.
«Выйди на улицу».
Подхватив свою кожаную куртку и ключи, ворвался в гараж, затем нажал кнопку открытия дверей. На всякий случай добавил второе сообщение:
«Пожалуйста» – и оседлал мотоцикл.
Я завел мотор, сдал задом по подъездной дорожке, подъехал к дому Тэйт и отстегнул шлем, висевший на байке сбоку. Она вполне могла отказаться, но, к моему облегчению, ее входная дверь открылась.
Тэйт вышла на крыльцо со скрещенными на груди руками. Прикрывалась она явно из скромности, потому что была в коротких пижамных шортах, футболке и без лифчика.
С недоумевающим выражением лица Тэйт прошла по мощеной плиткой дорожке и склонила голову набок.
– Что ты здесь делаешь?
Обнадеживающе протянув ей шлем, я предложил:
– Не против ночной поездки на мотоцикле? Это же твое любимое занятие в летнее время.
Ладно, не самое любимое, почти.
