Впрочем, оно того стоило. Этот короткий разговор с Адрианом – и более длительный физический контакт – придали мне сил. Я чувствовала себя уверенно. Меня переполняли любовь к Адриану и готовность к битве. Я понимала, что могу справиться с отцом.
Упоминание о Маркусе навело меня на мысли о заколдованной соли. Я до сих пор ничего не делала с ней. Что если Адриан прав, и Маркус захочет испытать ее на новом добровольце? Пока что соль хранилась дома у миз Тервиллингер, и хотя я довольно много знала о чернилах, применяемых алхимиками, я решила посоветоваться с преподавательницей о магических свойствах тех веществ, которые могли входить в смесь.
Но когда я ворвалась в кабинет, возможности проконсультироваться о магии не представилось. В кабинете сидела Зоя и с нетерпением ожидала меня. Я опоздала, но задержалась лишь на несколько минут после конца урока. Должно быть, Зоя прибежала сюда сразу после звонка.
– Ну наконец! – воскликнула она.
Миз Тервиллингер подняла голову и понимающе посмотрела на меня.
– Спасибо, что отнесли мои бумаги в канцелярию. Я как раз объясняла вашей сестре, как вы мне помогли.
Я напряженно улыбнулась.
– Не за что, мэм. Я свободна?
– Да-да, конечно.
И миз Тервиллингер вернулась к своей писанине, больше не взглянув на меня."
"– Что стряслось? – спросила я, когда мы с Зоей покинули кабинет.
– Нам нужно на встречу с папой, – пискнула Зоя.
– Сейчас? Но еще не вечер! Ни по каким меркам!
– Папа добрался в город раньше и не хочет терять время впустую.
Я кое-как удержалась от недовольной гримасы.
– И опять я обо всем узнаю последняя!
Зоя обиженно покосилась на меня.
– У тебя, похоже, есть чем заняться! Я думала, тебе наплевать.
– Не заводись, – предупредила я. Мы добрались до стоянки, и я, как обычно, быстро осмотрела Ртуть – убедиться, что никакой идиот ее не поцарапал.
К моему удивлению, Зоя пошла на попятный.
– Ты права. Мы не должны ссориться. Сегодня мы сестры, а не просто алхимики.
Мы должны объединиться против общего врага.
– Ты про маму? – переспросила я, не веря собственным ушам. Зоя утвердительно кивнула, и я вовремя прикусила губу, умудрившись удержаться от резкого ответа. Какое счастье, что мы не поскандалили!
Заведение, выбранное отцом, было именно таким, как я и предполагала. Папа терпеть не мог всяких, как он выражался, излишеств, поэтому все изысканные рестораны, обыгрывавшие таинственность и романтику, отпадали.
