На втором этаже, в кабинете директора, в письменном столе хранился пистолет «ТТ». Больше ничего интересного в административном здании мы не нашли.
К девяти утра, когда мы уже оформили протокол обыска, на кладбище приехал Муха-Цокотуха со Стеллой.
– Здесь тоже обыск был? – спросил Муха сторожа. – Сегодня что, день всеобщего шмона? Квартиру обыскали, на работу приехали…"
"– Привет, Муха! – я подошел к автомобилю смотрителя. – Как у тебя дома, ничего не нашли? Я так и думал. Свою квартиру надо содержать в чистоте.
А здесь, на кладбище, ты прокололся. Кокаинчик, ствол – лет на шесть тянет.
– Понятия не имею, о чем ты говоришь! – развел руками Муха.
– Это мой порошок, – скромно сказала Стелла.
Я посмотрел на девушку. Она была одета в укороченную светлую дубленку, на голове – мохеровый шарф, на ногах – новенькие финские белые сапоги. От минутного стояния на улице щеки Стеллы зарумянились, и она стала похожа на сказочную Снегурочку, добрую доверчивую девочку.
– Откуда у тебя кокаин? – спросил я у Стеллы.
– На кладбище нашла, – виновато потупив глазки, ответила девушка.
– Я говорил тебе, – строгим назидательным тоном сказал Муха, – не тащи с кладбища всякую дрянь! Мало ли, что люди на могилах оставляют.
– Муха, мы нашли у тебя в кабинете пистолет, – сообщил я.
– Какой кабинет? – искренне удивился уголовник. – Я здесь смотрителем работаю, мне отдельного помещения не положено. Про директорский кабинет спрашивайте у директора. Я, – Муха ткнул себя пальцем в грудь, – за пять лет работы на кладбище на второй этаж ни разу не поднимался.
Нас, рабочий люд, в барские хоромы не пускают.
– Прощаться будете? – спросил я смотрителя.
– Крепись, девочка! Бог даст, скоро свидимся, – Муха достал сигареты, закурил, сплюнул себе под ноги и пошел открывать кладовку с метлами и лопатами.
Стелла ничего не ответила ему. Зачем? Роли отрепетированы, каждый актер назубок знает свой текст. Подъезжая к кладбищу, они уже знали, что мы арестуем Стеллу.
«Трудовой» человек Сергей Мухин с трудом нашел лопату для расчистки снега, закинул ее на плечо, щелчком отправил окурок в сугроб и пошел в конец кладбища по центральной аллее.
Отойдя от нас метров на десять, Муха заорал во весь голос: «Жила бы страна родная, и нету других забот!»
Я, проводив глазами смотрителя, повернулся к девушке.
– Ну что, Стелла, пришла пора отрабатывать свой хлеб?
– Так получилось, – виновато улыбнулась она. – Наручники на меня надевать будете?
– Если хочешь, давай, наденем.
