Дочь Рида ведь тоже шаманка, верно?
– Да, ваше величество.
Получив от императора очередные указания, Дайд вернулся в комитет. Написав приказ для Кристофа Дана собирать информацию дальше, особенно по периоду обучения Рида в университете, Гектор уже хотел убрать папку с материалами по шаманам в стол, когда взгляд его упал на магпортрет дочери Моргана. Кристоф педантично прикрепил его к делу, хотя на данном этапе этим можно было и пренебречь.
Тайра Рид оказалась очень похожа на свою мать. Только у Таисии лицо было более круглым, детским и наивным, и легкая улыбка была светлой, искрящейся жизнью и молодостью.
В Тайре ничего этого не наблюдалось. Широкий упрямый лоб, брови вразлет – четкие, будто бы специально нарисованные кистью, очень красивые. Нос скорее курносый, чем острый, но кончик гордо приподнят, и ноздри чуть шире, чем обычно бывают, словно она часто принюхивается. Рот аккуратный, правильный, не больше и не меньше того, каким он должен быть при ее овале лица, но не мягкий, как у девушек ее возраста, а своенравный, непреклонный.
Сразу становилось понятно, что Тайра Рид – девушка с норовом и просто так ее не потискаешь, не поцелуешь – не растеряется, даст в глаз.
Гектор хмыкнул и невольно провел пальцем по губам на портрете. Защитник, и с чего ему пришли в голову какие-то поцелуи? Ерунда.
Но самым примечательным во внешности Тайры были, конечно, глаза. Дайд знал, что девушка ослепла много лет назад, в диагнозе стояло загадочное «потеря зрения неизвестной этиологии». Гектор видел слепых, но таких, как Тайра, – нет.
У тех слепых глаза оставались обычными, максимум чуть мутными, а у этой девушки они были почти белыми, будто состояли из одних лишь белков. Странно и жутко, особенно если учесть, что взгляд Тайры казался осмысленным, и он был направлен на человека, который делал магпортрет. Этот взгляд был ближе к зрячему, нежели к слепому.
Таисия Рид
Гектор, ощутив, что проваливается в эти глаза, как в омут, все же отложил папку с материалами в сторону и, откинувшись на стуле, посмотрел на браслет связи.
Половина одиннадцатого утра. Что ж, пора бы напомнить Роджеру о вчерашнем распоряжении, а еще необходимо послать Элен Льер букет цветов. Как доложили Дайду, актриса любит алые розы, их он и заказал в количестве тридцати штук. Не много, но и не мало. А в приложенной записке попросил написать одно слово: «Завтра».
Интересно, как она будет вести себя завтра, усилит соблазнение или, наоборот, сделает шаг назад? Скорее первый вариант.
