Тайра вздохнула и улыбнулась – судя по всему, день предстоит теплый и даже жаркий для весны.
Через несколько минут после того, как она села на крыльцо и обняла подскочившего к ней Джека, из дома вышел Морган.
– Осторожнее, Тай, – сказал он с тревогой и, наклонившись, коснулся ладонью ее плеча, – не переохладись. За ночь доски вымокли, да и воздух еще не прогрелся.
– Я пять минут, пап.
– Хорошо. А я пока сделаю нам чаю. Будешь на завтрак творог тетушки Молли? Я вчера у нее купил.
– Буду.
Морган ушел, но в одиночестве, если не считать Джека, Тайра просидела недолго.
Скрипнула дверь, раздались быстрые шаги, и девушка поморщилась: Защитница, ну почему ему не спится? Принц же, обязан спать до обеда.
– Как ты себя чувствуешь? – спросил Риан негромко, останавливаясь за ее спиной.
– Все хорошо, – быстро ответила Тайра. – Ты лучше иди, помоги отцу чай заварить. Здесь все равно слишком прохладно.
Скрипнули доски – так, словно Риан переминался с ноги на ногу.
– Ты сердишься на меня, да? За вчерашнее? Но я правда не хотел тебя обидеть, я… просто плохо подумал.
Тайра даже немного удивилась. Риан, с его гордостью и любовью к собственной персоне, признался, что плохо подумал? Неужели он настолько хочет сблизиться с ней, что готов поступиться гордостью? Хотя в его случае это скорее гордыня.
– Я не сержусь. Я хочу побыть одна.
С первого раза до него, конечно, не дошло.
– Скажи, это не я спровоцировал твое недомогание разговором об императоре? Ты будто бы начала что-то предсказывать, а потом тебе стало плохо.
– Нет, ты тут ни при чем. Не ты, так что-нибудь другое повлияло бы, не важно. В любом случае скоро все пройдет.
– Откуда ты знаешь? – В его голосе звенело удивление.
– Отец так считает, – пояснила Тайра и уже хотела добавить, что все-таки хочет остаться в одиночестве, когда Риан с сомнением протянул:
– Ты ему настолько веришь?
Странный вопрос.
– Конечно. А ты? Разве ты не верил своему отцу? Не знаю, как у тебя, а у меня нет ни одной причины не верить. Все и всегда было так, как он говорил.
Несколько мгновений Риан молчал, и молчание это было тяжелым, гнетущим. Он как будто вспоминал что-то неприятное.
– Знаешь… – Вздох и тихое: – Я только сейчас об этом подумал. Я действительно не доверял отцу. Он не всегда держал слово, обманывал. То, что он мне обещал, не обязательно сбывалось, и он постоянно находил такие оправдания, что получалось, будто бы я виноват, а не он. И в этом они с дядей Ареном сильно отличались друг от друга.
