– Просто беда!
– Рада бы вам помочь, да не могу! До свидания, – твердо заявила Люба.
Пришлось мне уходить несолоно хлебавши.
Несмотря на поздний час, спать не хотелось совершенно. Очевидно, от усталости у меня заболела поясница, да так сильно, что я поднялся на полпролета вверх, сел на подоконник и вынул сигарету. Сейчас покурю, подожду, пока ломота пройдет. В голове не было ни одной мысли, перед глазами маячила толстая труба мусоропровода, на лестнице стояла тишина.
Вдруг послышался скрип двери, шарканье шагов, звонок, лязг замка, и голос Любы спросил:
– Чего к телефону не подходишь?
– Выключила его на фиг, – ответила Тоня.
– Не спишь?
– У меня уснешь! Все ей плохо!
– Больная, вот и мается.
Люба протяжно вздохнула."
"– Да уж! Ты где этого мужика нашла?
– Которого?
– Совсем плохая? Ну того, что ко мне привела!
– А че?
– Просто ответь.
– Он Юркин приятель.
– Неужели? – усомнилась Люба.
– Верняк, – отрубила Тоня, – хороший парень, не сомневайся! Ой, дай расскажу, как мне свезло!
И Антонина принялась самозабвенно вещать про чайник, тостер, белье, полотенца и полную оплату за непрожитый апрель.
В самом разгаре ее рассказа послышалось лязганье, и скрипучий старушечий голос вклинился в беседу соседок:
– Вы, девки, ума лишились? На часы гляньте! Спать давно пора, а они оруть на всю лестницу.
– Не злись, баба Катя, – воскликнула Тоня. – Лучше послушай, как мне свезло!
– С Петькой помирилась? – предположила старуха.
– Нужен он мне, пьянь подзаборная, – фыркнула Тоня, – не об нем речь! Жилец, Юрка…
– Ладно, пойду спать, – решила Люба.
– Ступай, – милостиво отпустила ее Тоня, – я пока бабе Кате про свою удачу расскажу.
Хлопнула дверь – очевидно, Люба вернулась к себе, а Тоню снова понесло по кочкам беседы.
– Заплатил мне за апрель и съехал!
– Охо-хо, – заскрипела бабка.
– Мало того! Кучу добра оставил. Тысяч на пять! Не меньше! Эй, баба Катя, очнись!
– Я-то очнутая, – зевнула старуха, – а ты, Тонька, как в детстве дурой была, так ей и осталась! Раскидай мозгами, с чего бы мужику все бросать! Нечистое это дело.
– Вечно ты зудишь, – возмутилась Тоня, – просто моему везению завидуешь.
– Лучше помойку выброси, а то воняет.
– Что?
– Ведро в мусорник опрокинь.
– Это не мое!
– А чье?
– Любка забыла!
– Странно, однако, – изумилась бабка.
– И чего удивительного в помоях?
– Любка вечно жалится, что денег нет!
– Верно, на копейки живет.
– Ты в отбросы глянь.
– И че?
– Сверху банка пустая, из-под икры.
