На ногах у меня были здоровенные валенки с калошами, на голове ушанка, а руки прятались в пуховых варежках. Да еще перед началом лова мы глотнули из фляжки элитного коньяку, предусмотрительно прихваченного Егором, мне такой решительно не по карману.
Я сгорбился над лункой, сжимая удилище. Чуть поодаль, похожий на нахохлившегося ворона, сидел Егор. Полчаса прошло в тягостном молчании, мне стало тоскливо. Интересно, как долго нам предстоит куковать на льду? До вечера? И зачем я согласился на эту муку. Отчего не придумал какую-нибудь достойную причину, по которой не могу поехать на рыбалку?
Неожиданно около нас возник мужик с тюком в руках.
– Чаво тута делаете? – воскликнул он.
Идиотизм вопроса поразил меня. Ну чем может заниматься человек с удочкой в руках над проверченным во льду отверстием? Ясное дело, он рисует натюрморт! Но тут я учуял густой запах перегара, и стало ясно, что селянин пьян.
– Чаво молчишь? – не успокаивался мужик.
– Ступайте, любезный, – вежливо попросил я, – не мешайте, рыбу распугаете.
Абориген икнул и удалился, пошатываясь. На смену ему явилась бабенка с пакетом.
– Эй! – крикнула она. – Чего-нибудь интересное нашли?
Я сделал вид, что не слышу вопроса. Противно хихикая, молодка исчезла.
Спустя полчаса бесцеремонность деревенских жителей стала нас утомлять, озеро оказалось совсем не уединенным местом. По льду туда-сюда сновали люди, очевидно, это был самый короткий путь между населенным пунктом и магазином. Все прохожие вели себя вначале одинаково, они замирали около меня, отчего-то Егора не тревожили, и задавали один и тот же вопрос:
– Чего тут делаете?
Услыхав ответ: «Ловлю рыбу», любопытные прыскали в кулак и, довольные собой, продолжали путь.
Когда все повторилось в пятый раз, я разозлился, но потом вдруг сообразил, что ни одной рыбешки мы не вытащили, клева на замечательном, разрекламированном незнакомым мне Алексеем озере нет никакого, да еще по льду проложена народная тропа. Сейчас Егору надоест восседать попусту на морозе, и он даст команду сматывать удочки, в прямом и переносном смысле слова.
Вот только интересно, как скоро у Дружинина иссякнет терпение?
– Эй, милок, – прошамкали сбоку.
Я повернул голову и увидел бабку, лет ста с виду.
– Чево делаете? – задала традиционный вопрос бабуля.
– Рыбу ловим, – стандартно ответил я, одним глазом косясь на Егора.
Кажется, именинника стало раздражать местное население, до сих пор сидевший в одной позе Дружинин повернул голову и с явным неодобрением воззрился на бабку.
