Только, похоже, не рассчитал сил, лишить человека жизни дело непростое. И еще, ты не подумал о таких вещах: куда бежать? Где спрятаться? Откуда взять документы? Скажи спасибо, что я случайно наткнулась на тебя, иначе б уже давал показания в милиции. Тебе четырнадцать лет есть?
– Неделю назад исполнилось, – прошептал плохо слушающимися губами Витя."
"– Ой, неладно, уголовная ответственность за деяния уже наступила, – с фальшивым сочувствием сказала тетка, – могут и расстрелять.
– Меня? – шарахнулся в сторону Витя, отчего-то не думавший ранее о наказании.
– Ну не меня же, – улыбнулась Ольга Андреевна, – в отличие от тебя я не совершала преступлений. Думаешь, за кражу госимущества, причем особо ценного, и убийство ребенка тебе шоколадку подарят? Или, погрозив пальцем, отпустят? Нет, милый, за взрослые преступления отвечают по-взрослому.
Витя без сил рухнул в подушки.
– А теперь рассказывай все, – велела тетка.
Из глаз подростка потекли слезы.
– Я не хотел, – забормотал он, – мама умерла, отец меня в детдом определил… отомстить… денег заработать… убежать… Егор случайно ударился…
Повествование длилось долго, в конце концов Ольга Андреевна произнесла:
– Понятно.
Теперь послушай меня. Герасим Дружинин, запойный пьяница, мой двоюродный брат. Я Дружинина Ольга Андреевна, мой отец из города Крюка, одно время мы жили тут, только я младше Герасима и, в отличие от него, не хотела умирать в провинции от алкоголизма. Поэтому, закончив школу, подалась в Москву… ну да подробности ни к чему.
Я живу в столице одна, имею комнату в коммуналке, работаю в школе учительницей русского языка и литературы. В Крюк этим летом прибыла по одной причине: неделю назад умерла мать, после нее остались изба, скотина и другой скарб – в общем, наследство. Надо с ним разобраться. Ясно?
Витя быстро кивал.
– Говорила уже, – методично продолжала Ольга Андреевна, – тебе повезло, я изучала психологию и понимаю, что с тобой случилось: сначала ты совершил кражу, потом убийство и впал в шоковое состояние.
Помнишь, как ты надевал на пальцы перстни?
– Не-а, – выдавил из себя Витя.
– А дорогу до шоссе?
– Нет.
Ольга Андреевна удовлетворенно кивнула:
– Так я и полагала. Наш мозг тонкий инструмент, он пытается сохранить себя, вот и твой умишко сообразил: если ты не забудешь о глупостях, которые натворил, то можешь оказаться в сумасшедшем доме. И тут же выключил временно память. Ну-ка, расскажи, где ты зарыл золото?
Машкин покрылся потом.
– Не помню.
