– В вашей организации идиоты работают? – поинтересовалась незнакомка.
– Нет, – с недоумением ответил я.
О какой организации говорит рассерженная дама?
– А, по-моему, кретины, – не успокаивалась собеседница, – я все объяснила детально! Эдита вполне нормальна, но ей нужна компаньонка. Вроде ваши поняли, и что же? Нанятая особа должна была явиться в десять, я ее жду, жду! По телефону звонить стала – трубку никто не берет. А в полдень вы являетесь! Мужчина! Это безобразие. А если понадобится ей в ванной помочь? Ясное дело, вам, медбрату, плевать, но Эдита – женщина, хоть и очень пожилая, она будет стесняться.
Я улыбнулся.
– Вышла ошибка, я на самом деле секретарь общества «Милосердие», не оказываю патронажные услуги. Мне нужно передать Эдите Львовне письмо. Вот мои документы.
– От кого? – удивилась женщина, внимательно изучив мое удостоверение.
– От Лены, жены Егора Дружинина.
– Значит, вы не медбрат?
– Увы, я окончил Литературный институт. Эдита Львовна дома?
– Где же ей быть, – протянула незнакомка, – на улицу она давно не выходит.
Вот беда! Вы снимайте ботинки.
– А что случилось? – поинтересовался я, распутывая шнурки.
– Эдита прикована к инвалидной коляске, – пояснила женщина, – в принципе, ходить она может, но с большим трудом, у нее был перелом шейки бедра. Ну да вам врачебные детали ни к чему. Одну ее оставить надолго нельзя, дверные проемы узкие, коляска через них не проходит.
Я кивнул:
– Понимаю. Председатель общества «Милосердие» Элеонора тоже долго передвигалась в коляске, поэтому я представляю себе, с какими трудностями столкнулась Эдита Львовна.
Из комнаты в комнату не попасть, по лестнице не спуститься, чашку самой из шкафчика не достать. Увы, наш мир приспособлен лишь для молодых и здоровых. Да что там инвалидная коляска! Один мой приятель заболел диабетом, потребовалось специальное питание. И выяснилось, что проблема практически неразрешима, ничего для бедных диабетиков в России не выпускают: ни колбасы, ни сыра, ни печенья, а если и есть что-то, то в основном немецкого производства и стоит дорого.
Больным людям одна гречка остается. Простите, как вас зовут?
– Аля, – ответила женщина, – я соседка Эдиты, дружила с ее дочерью Аленой. После того как та скончалась, стараюсь помочь старухе. Эдита Львовна совсем одна, хорошо хоть материальных проблем нет. Ее муж был известным человеком, он жену очень любил, баловал, покупал драгоценности, вот теперь Эдита мне колечко дает, я его продам, на полученное она и живет.
