"
"– Нет, – взвизгнула маменька, – хочу грабельками!
– Не получится, – с явной досадой ответила баба, – веса у тебя нет!
– Пошли, милая, – воскликнул Владимир Иванович, – лучше купим кольцо!
С этими словами отчим подхватил Николетту и повлек ее в ювелирную лавку.
Я усмехнулся и пошел за сладкой парочкой. Похоже, маменьке повезло, наконец-то ей на жизненном пути попался настоящий мужчина, который понимает: любое горе дамы моментально делается меньше, если нацепить ей на пальчик колечко с камушком.
– Ну, выбирай, – велел отчим, притормаживая у стеклянной витрины.
И тут Николетта удивила меня до остолбенения.
– Не хочу, – решительно заявила она.
– Перстень? – прикрыл один глаз Владимир Иванович.
– Нет!
– Браслет? – выпучил оба ока заботливый муж.
– Фу!
– Ожерелье?
– Гадость.
– Часы?
– Это пошло.
– Что тут у вас еще имеется? – накинулся отчим на безмолвно стоящую продавщицу, – немедленно покажите моей жене что-нибудь достойное ее!
– Вот брошка, – ляпнула девушка, – мило и не очень дорого.
Николетта испепелила дурочку взглядом.
– Хорошо хоть вы запонки или зажим для галстука не предложили, – взвился Владимир Иванович, – не видите, кто перед вами?
Девчонка заморгала, охнула, схватилась за прилавок и завизжала.
– Простите, не узнала! Извините, сразу не поняла! Ой! Ой! Моя бабушка вас обожает! Я ей все фильмы с вашим участием купила!
– Какие фильмы? – ошарашенно поинтересовался отчим. – Милая, разве ты не в театре играла?
Я сделал вид, что поглощен изучением золотых портсигаров.
Верно, маменька выходила на сцену, выносила поднос и говорила каноническую фразу: «Кушать подано». Впрочем, буду справедливым, доставались ей и роли второго плана.
Николетта поправила тщательно завитые пергидрольные кудри.
– Право, милый, – прочирикала она, – у нас постоянно в театре ошивались люди с камерами, снимали спектакли для потомков.
– Вы же Любовь Орлова? – запрыгала продавщица. – Я вас узнала, узнала!
Николетта разинула рот, я испытал огромное желание удрать из магазина до того, как потолок упадет на голову глупышки, но маменька отчего-то решила оставить продавщицу в живых.
Она взяла молодого мужа под руку и жалобно протянула:
– Хочу игрушечку! Из автомата! Только ее! Мне нужно встать на педальки и получить из грабелек подарок.
– Любимая, – засуетился Владимир Иванович, – может, перекусим? Закажем хороший коньяк!
Николетта накуксилась еще больше.
– У меня от горя пропал аппетит, – прошептала она, – хочу игрушечку.
