На ней было снежно-белое платье, расшитое кристаллами от Сваровски, на ее шее переливалось бриллиантовое ожерелье, тяжелые серьги с камнями чистой воды оттягивали мочки ушей, а голову госпожи Дружининой украшал ярко-синий парик из фольги, а поверх него – красная бумажная кепка с зеленым помпоном.
– Милый, – подпрыгивала Лена, – ну как? Здорово мы тебя разыграли? А? Класс?
Я прислонился к косяку, чувствуя, как по спине течет пот. Значит, никакого ограбления и похищения не было и в помине. Идиотка Лена решила разыграть Егора, устроить ему «праздничек».
Сейчас Дружинин, мчавшийся на всех парах в Брусникино, чтобы спасти супругу, отвесит кретинке пощечину, а я, противник любого насилия, впервые в жизни возьму сторону человека, который решил образумить вздорную бабу оплеухами.
Егор шагнул к жене, я невольно зажмурился и вдруг услышал радостный вопль друга:
– Ленка! Чума! Ну разыграла, ну круто!
– Ура! Ура! Ура! – вопили гости.
Я приоткрыл глаза и почувствовал себя лишним на этом празднике жизни.
Присутствующие находились в состоянии эйфории, всем было очень весело. Может, я на самом деле превратился в трухлявый пень, брюзгу-пенсионера, вечно всем недовольного? Сколько здесь гостей? Человек двадцать, и все просто счастливы, один я пребываю в негодовании. И потом, крайне неудобно находиться в идиотском костюме рыбака, в валенках с калошами, среди людей в шикарных вечерних костюмах. Мало того, что Лена напугала нас, она еще и поставила меня с Егором в идиотское положение! Только, похоже, брезентовые штаны нисколько не напрягают Егора, он счастлив, как щенок, укравший конфету.
Словно почувствовав мое настроение, Дружинин закричал:
– Ваня! Ну прикол! Как мы с тобой сюда крались!
– Ха-ха, – вяло сказал я и сел в кресло, – весело до обморока.
И тут с воплем: «Всем оставаться на местах» – в избу влетели парни в камуфляжной форме.
Поднялся переполох.
– Мы так не договаривались, – визжала на одной ноте Ленка, остальные гости буквально рыдали от смеха.
Егор, словно пятилетний мальчик, получивший вожделенную игрушку, запрыгал на месте, а одна из дам, очевидно, уже успевшая подкрепиться коньяком, схватила со стола бутылку, тарелку с пирожками и ринулась к омоновцам с писком:
– Хлеб, соль, мальчики, давайте тяпнем!
Парень, которому она сунула угощение, откровенно растерялся. Остальные омоновцы в пятнистой форме удивленно смотрели на стол и гостей. И тут в комнату вошел Макс.
– Ваня! – с яростью спросил он.
