Харриет в этом и не сомневалась, однако заверила Ровену:
— Я тоже так думаю. Честно говоря, я могла бы и не осматривать комнаты заранее.
— В крайнем случае мы быстро устраним все недостатки, — ответила кинозвезда, в очередной раз удивив Харриет этим своим «мы». Последовала пауза, и Харриет удивилась еще больше, услышав в трубке приглушенный мужской голос, который что-то говорил актрисе, вернее, что-то подсказывал ей шепотом. — Ах да! Я хотела бы предупредить вас еще об одной вещи. К сожалению, вы не сможете никого у себя здесь принимать.
Это кино, как вы сами понимаете, и для нас крайне важно, чтобы за двери этого дома не просочилась никакая информация…
— Я согласна, — успокоила ее Харриет. — Ведь я и сама смогу навестить своих друзей, если мне захочется. Так что все в порядке, не беспокойтесь.
— Я рада, что вы все правильно поняли, — с облегчением сказала Ровена, и Харриет почему-то стало ее жаль. — Будем ждать вас у себя в понедельник, приблизительно в половине двенадцатого дня. Надеюсь, к этому времени прислуга проснется.
— Договорились, — сказала Харриет. — И большое спасибо!
— И вам тоже спасибо, — тихо сказала Ровена и положила трубку.
Харриет немедленно набрала номер телефона Эллы, чтобы поделиться с ней потрясающей новостью.
* * *Ровена обернулась к Льюису, стоявшему рядом с ней все это время, и победно воскликнула:
— Дело сделано!
Он обнял ее и прошептал, лаская руками ее груди под тонкой блузой:
— Умница! Теперь мы сможем начать работать.
Они опустились на ковер, и последнее, о чем подумала Ровена, пока его прохладные умелые пальцы дразнили ее горячую плоть, было: как отнесется к их затее Крис, одобрит ли он этот выбор?
Глава 2
Утром в понедельник, когда Харриет уже собирала чемоданы, Ровена все еще нежилась в огромной супружеской постели под балдахином.
Она слышала сквозь сон, как встал, оделся и вышел Льюис, вспомнила, что сегодня важный для них обоих день, но не торопилась встать и выпить вместе с Льюисом чашечку кофе, прежде чем начать готовиться к прибытию новой помощницы.
Наконец Ровена открыла глаза, но, к своему удивлению, не увидела света. Все еще полусонная, она обернулась лицом к окну и только тогда сообразила, к своему восторгу, что кто-то надел ей на глаза черную повязку. Она непроизвольно попыталась ее снять, но обнаружила, что кто-то крепко удерживает ее руки на подушке, сжав ей запястья. По спине Ровены пополз знакомый холодок.
— Прекрати, Крис! — пробормотала она. — Мне пора вставать, скоро придет Харриет.
