Дверь распахнулась – и размахивая документами, в офис ворвалась полная девушка с бейджем платежного отдела на пиджаке:
– Вы что тут в своем детском банке – совсем в детство впали? Вы что клиентке надиктовали? Вы только поглядите, что она в графу «номер карточки» вписала!
Юра дрожащей рукой принял от нее бумаги…
– Это что? – озадаченно разглядывая совершенно непонятные значки в графе, возопил Юра и сунул документы Кисоньке под нос.
– Но эта семерка и правда больше всего похожа на перевернутую скандинавскую руну Кано! – взмолилась рыжая.
– Обозначает омрачение ситуации, гибель партнерства и пустоту внутри…
– А это? – снова ткнул пальцем Юра.
– Шестое верхнее «яо» китайской гексаграммы Тунь… – еще более несчастным голосом ответила Кисонька, – «Лошадь разлучается с телегой. Льются кровавые слезы…»
– И вот это все вы клиентке озвучили? – возопила девушка. – Неудивительно, что она теперь от карточки отказывается! Говорит – не фен-шуй!
Глава 18
Сложное кредитное дело
Салям небрежно махнул временным пропуском перед охранником.
Двигаясь величественно, словно крепостная башня на прогулке, вступил на территорию банка. Размеренным шагом направился к лифту… Двери лифта разъехались и оттуда, как хищник из засады, выскочил заказчик.
– Что вы делаете? – прошипел он, настороженно озираясь по сторонам. – Только не лифтом! Вас же увидят!
Крепко ухватив Саляма за руку, он поволок его прочь. Распахнул неприметную дверцу – они оказались на узкой запущенной лестнице. Бойко топоча подошвами, помчался наверх.
Шагая через две ступени, Салям невозмутимо последовал за ним.
– Учредители могут появиться в любой момент! – хватая ртом воздух, пояснил Константин Николаевич. – Если они узнают, что я привлек сыщика со стороны… – он покрутил головой, не в силах подобрать слова, чтобы описать возможные последствия. – А на этой лестнице камер нет, потому что ею никто не пользуется!
– Действительно, никто, – согласился Салям, внимательно разглядывая закрепленные на каждой площадке жестяные банки, до краев наполненные окурками.
Этажом выше мелькнула смутная тень – кто-то поглядел на них с площадки верхнего этажа. Салям запрокинул голову, но тень уже исчезла – слышен был только торопливый топот и быстрый хлопок двери. Не иначе курильщики разбежались.
Уже спотыкаясь на каждой ступеньке, Константин Николаевич вполз на пятый этаж, тяжело перевел дух и, приоткрыв дверь, настороженно заглянул:
– Никого! – с облегчением выдохнул он, проскальзывая в коридор.
