Бернард весь позеленел от злости, а когда Скэриэл достал фотографию из клуба, то завис, как будто призрака увидел. Но не это было самым потрясным.
– Ох, не томи, – без энтузиазма проговорила Оливия, не отвлекаясь от учебника.
Оливер закусил губу и замолчал, затем взглянул на меня. Как раз в это время я – как чувствовал – тоже отвлёкся от эссе и, встретившись с ним взглядом, изобразил интерес. Он, обрадованный, что нашёл внимательного слушателя, продолжил:
– Скэриэл назвал чьи-то имена и добавил, что они передают Бернарду привет с Запретных земель.
И ещё сказал – нет, серьёзно, в духе криминальных драм, – что этим людям не хотелось бы, чтобы их имена светились на страницах газет вместе с фамилией Бернарда. И это был БАМ. – Для большего эффекта он изобразил звук взрыва.
Работница библиотеки не заставила себя долго ждать. Она молниеносно оказалась у нашего стола и отчитала Оливера, пригрозив, что впишет его в чёрный список библиотеки и вход в священную обитель ему будет навсегда заказан.
Оливия изобразила такое ангельское смирение, что мне даже стало неловко. «Нам очень жаль, мой брат виноват, и мы приносим свои глубочайшие извинения, миссис Симмонс», – произнесла она тихим, виноватым голосом. Так вот как эту женщину зовут. Самое время узнать об этом в выпускном классе. Оливер сердито отвернулся и принялся с раздражением стучать пальцами по столу. Миссис Симмонс поджала губы, вздохнула и попросила нас быть тише.
– Молодец, – шёпотом произнесла Оливия, когда работница отошла.
– В общем, проблема с Бернардом решена, – закончил Брум, игнорируя сестру."
"– Ну и славно, – бросила Оливия. – Давно нужно было с этим кончать. Я пойду попрошу отксерить эти страницы. Вам что-то нужно?
– Нет, нет, – торопливо проговорил я.
– А тебе?
– Мне, пожалуйста, двойной бургер и колу, – лучезарно улыбнулся Оливер.
Оливия тяжело выдохнула и направилась к миссис Симмонс. Оливер задумчиво опёрся на руку и посмотрел сестре вслед.
– Ты вообще планируешь что-то предпринимать на её счёт? – нервозно спросил он.
– Или уже передумал?
– О чём ты?
– Ну, ты и Оливия. Она к тебе хорошо относится. Будешь что-то делать?
– Как-то даже времени не было подумать об этом.
– Скоро рождественская вечеринка; как обычно, наши семьи соберутся, будет романтично ей признаться.
– Не знаю даже, – нерешительно сказал я. – Уроков полно, уже неделю не продохнуть. Ещё экзамен по тёмной материи меня пугает.
