– Но ты владеешь тёмной материей лучше меня. Мистер Аврель обалдел бы от твоих способностей. Да все бы обалдели.
– Не знаю, Готи. – Скэриэл тряхнул головой; прядь тёмных волос упала ему на глаза, и он небрежно убрал её за ухо. – Боюсь, что узнают другие чистокровные или, что хуже, узнают в Запретных землях.
– Ты всегда держал это в тайне? Никто не знал? Твои родители, ну, я имею в виду, до того, как их не стало… Эдвард? Джером?
– Никто не знает. Я понял, что владею силой, уже после смерти родителей.
– Но ты подозревал, что Джером тебя выдал.
Я думал, может, он в курсе.
– Я ему ничего не рассказывал, но мы живём в одном доме, он мог увидеть и сдать меня.
– Люмьер тебя увидел и сдал.
– Ему можно доверять? Я не хочу, чтобы он растрезвонил об этом. – На лице Скэриэла возникла гримаса боли: он прикрыл глаза, плотно сжал губы и шумно выдохнул через нос.
– Наверное, можно… – неуверенно произнёс я. – Ты в порядке?
Он выжал из себя мучительную улыбку и кивнул.
– Голова разболелась.
– Я поговорю с ним.
Скажу, что это секрет. Может, таблетку?
– Ага, – кивнул он. – Приму потом и лягу вздремнуть.
– Когда ты узнал, что владеешь на таком уровне? Это же уму непостижимо… Полукровка с силой чистокровного.
– Я… – начал было он. – Послушай, Готи, я не уверен, что знаю, когда это началось. Просто мне было интересно, что ещё можно получить помимо этого. – Он перевернул руку ладонью вверх, и вновь возникло маленькое пламя. – Этим владеют все полукровки. На пересечении границы мы обязаны предъявлять материю, чтобы нас не спутали с низшими.
Когда я был маленьким, это пламя не давало мне покоя. – Скэриэл как заворожённый смотрел на собственный огонёк. Я тут же вспомнил, с каким лихорадочным взглядом он рассказывал про Александра Македонского или Артюра Рембо – сейчас он так же увлечённо говорил о тёмной материи. – Если представить тёмную материю как навык, способность, разве нельзя её развить? – эмоционально продолжил он. – Это как с рисованием. Низшие будто рождённые без рук, они заведомо не могут взять в руку кисточку и что-то нарисовать, и этим им забивают голову с пелёнок.
«У тебя нет тёмной материи, не пытайся, ты создан беспомощным». Но что, если… – Он сосредоточенно посмотрел на меня. – Что, если отбросить эти рамки? Ты знаешь, были художники без рук. Всему можно научиться. Та же история и с полукровками. Нас учили, что наш максимум – создать пламя. И единственное практическое применение этого тёмного пламени – проверка статуса на границе.
