Ещё одно слово, и вспыхнет так, что потушить будет сложно.
— Не нарывайся, Евгения, — звучит предупреждение.
Ирина снова заглядывает в гостиную, подходит к отцу и начинает ласково разминать его плечи. Просит успокоиться и дать мне возможность выговориться – за что получает короткий поцелуй в ладонь и пару утешительных слов.
Шумно выдыхаю, смотрю на невесту отца. Ей верят во всём, а мне – нет. То, что я предполагала ещё до знакомства, начинает с точностью сбываться. В этом доме мне уже нет места, а что будет, когда родится ребёнок?
— Я вынужден заблокировать твою карту, дочь, — немного подумав, заявляет папа.
– Если нужны серьезные траты – ты говоришь об этом мне. Мы обсуждаем, после чего я даю деньги. Отчёт, чеки и прочее – обязательны.
Пульс громко отстукивает в висках. Я закатываю глаза, разворачиваюсь на сто восемьдесят градусов и направляюсь к лестнице.
— Мы не договорили, — цедит сквозь зубы отец.
— Саш, оставь её в покое, — просит Ирина. – Видишь же, что разговор не ладится.
Не оборачиваясь, бросаю:
— И всё благодаря тебе.
Папа издаёт грозный рык. Я не вижу его лица, но чувствую, что оно покраснело и перекосилось от накопившейся агрессии.
— Ирину не трожь, — резко угрожает. – Напоминаю, она беременна. И к тому же хотела как лучше: помочь, предостеречь и уберечь пока ещё несмышлёную и глупую девочку. То есть тебя.
С грохотом захлопнув дверь, я тут же бросаюсь звонить маме. Запрет на выезд за пределы страны давно не актуален, с практикой можно решить, а самонаказание – отменить. Я не могу находиться в этом доме.
И не хочу.
Вот только мама не поддерживает мою идею и неожиданно встаёт на сторону отца. Никуда лететь мне не нужно — тем более они с Альберто в скором времени посетят крупную медицинскую конференцию, а мной заниматься в чужой стране будет попросту некому.
— Знаешь, меня тоже пугают твои траты, милая, — произносит мама в телефонную трубку. — Я дарила деньги, чтобы порадовать. И, Боже мой, была уверена в том, что ты используешь их исключительно на собственные прихоти, а не на парня.
Прекрасно. Я всех разочаровала — поддержки ждать неоткуда.
— До начала учебного года можешь не надеяться, что я пополню твою карту — мы с папой условились. Ты получаешь заработную плату от Валеры — этих денег вполне хватит на мелкие нужды и проезд. В целом больше и не нужно.
Закончив разговор, я отчаянно пытаюсь уснуть, но ничего не получается. Разнообразные мысли не отпускают. Я думаю обо всём: и о несправедливости, и о родителях, и о гонщике.
