Собраться на свадьбу, забрать букет, сделать макияж и причёску.
— Если тебя что-то тревожит – просто скажи об этом, Евгеш. Я постараюсь понять и поддержать.
— Спасибо, подумаю.
Вскоре ведущий приглашает на танцпол жениха и невесту для первого свадебного танца. Гости затаивают дыхание, пристально наблюдают. Я – с неменьшим интересом.
Ирина обнимает мужа за шею, целует его в подбородок. Двигается плавно, изящно. Мой отец что-то шепчет ей на ухо, улыбается. Выглядит трогательным и по-настоящему счастливым.
— Ты не жалеешь? – шёпотом спрашиваю маму.
— О чём? А-а, нет, что ты, — тут же качает головой. — Есть две незыблемые вещи, о которых я ни за что в жизни не пожалею — это твоё рождение и наш развод.
Мы переплетаем наши пальцы, продолжая наблюдать. Когда-то давно мама обещала, что я её пойму. Шутка ли, что в один прекрасный период я оказалась в похожей ситуации. С другой её стороны, но в целом – близко. Впереди сложные решения, поступки и выводы. Не знаю, справлюсь ли я? Скажу ли через десяток лет, что тоже ни о чем не жалею?
— Я не чувствовала себя с ним счастливой, Жень.
В последние годы не было ни единой ночи, чтобы не плакала украдкой на кухне. Ты была маленькой и не видела этого, но… Знала бы, чего мне стоило выдавливать из себя улыбку и играть на публику. Саша был отличным родителем, но ужасным для меня мужем. Две разные личности, но так тоже бывает.
Мама усмехается, вспоминая. Без раздражения в голосе. С теплом.
— Мне все кричали, что я эгоистка и не думаю о ребёнке – сохранять брак нужно, в первую очередь, ради тебя.
Это такая чушь, Лучик. При принятии важных решений не верь тому, что говорят. Опирайся на собственные ощущения – они не обманут.
— Твои – тебя не обманули."
"— Да. Прошло время, ты выпорхнула из семейного гнёздышка в своё. И с чем бы я теперь осталась, если бы пошла у всех на поводу?
Этот вопрос — риторический, и не требует ответов, но после него я задумываюсь.
Андрей пообещал Алине, что будет помогать с ребёнком. В остальном ей не стоит надеяться на большее.
И вроде бы это то, что я бы хотела услышать, но почему-то за рёбрами горит огнём. Мои наивные и где-то детские фантазии упрямо рисовали иную картинку мира. Жизнь приземлила и разукрасила её по-своему.
— Это Артём? – шёпотом спрашивает мама, кивая в направлении Литвина-младшего.
— Да, он.
— Дети-дети, когда же вы успели так сильно подрасти? – качает головой и сразу же понижает голос: — Ой, а Тёма, кажется, идёт к тебе.
Так и есть.
