Кто говорит?
Народные приметы.
Никогда о таких не слышала.
Поживете здесь подольше, еще и не такое услышите.
Попрощалась со своим спасителем от стаи бешеных гусей, и поспешила к бабушке Агафье пить вкусный душистый чай с печеньками. Я знаю, меня тут ждут. поздним вечером сидим с бабушкой на низенькой скамеечке перед ее домом щелкаем семечки, болтаем. Хорошо так. Самое удивительное, что мне и общество сверстников не нужно, с Агафьей очень интересно, бабушка столько всего знает, и явно спешит поделиться своими историями из жизни.
Такое впечатление, что у моей хозяюшки в деревне особо и пообщаться не с кем особо, стороняться Агафью.
К нам грациозно переставляя лапы подходит большой бабушкин кот Тимофей. Тим персона колоритная, ухо одно драное, вид серьезный, даже грозный, глаза большие, желтые. Как сказал бы мой дядя-заводчик, кот некондиционный, ибо окрас имеет черный, но с белым пятном на груди, и лапы одеты в белые носочки, а настоящие ведьмины коты должны быть исключительно черные.
Кот этот в дом не заходит, живет исключительно на улице, и приходит, когда ему вздумается.
Мау, важно произнес Тимофей и задрал приветственно хвост.
Тимоша! обрадовалась бабушка Агафья питомцу и протянула к нему руку, чтобы взять на руки.
Кот бабушкины руки обнюхал, но обниматься не пошел, вместо это подобрался ко мне и без спроса запрыгнул мне на колени, подставив голову для чесания.
Ишь, ты, фыркнула Агафья. Ух, котяра наглый, все бы ему к молодым девушкам ластиться.
А вообще понравилась ты Тимоше. Он мало к кому идет.
Конечно понравилась, чешу урчащему коту шею. Вряд ли тут Тимофея кто-то столовской колбасой подкармливает, он ведь должен крыс отлавливать. Порчу, в общем, охотничьего обаятельного кота, но это наша с Тимофеем тайна.
Глава 6
День полетел за днем. Удивительно, но несмотря на то, что мы живем в рамках шоу, не было пока никаких интервью, собраний, особых заданий и прочего.
Нет, элиту нашу очень активно обучают, недавно, кажется, мужчин стали учить на тракторе ездить. Пока что день за днем для разнорабочих шоу это тяжелый каждодневный физический труд. Как и предполагала, каждый раз Платов отправлял меня чистить навоз и помет ко всем обитателям хутора, к которым только возможно. Я чувствовала себя мазохисткой, не понимая, почему все еще не прекращу эти издевательства, и, гордо вскинув голову, не уйду в закат.