Я уже не могу дождаться того дня, когда смогу полностью обладать своей девочкой. Но вместо этого, прячусь по углам в своем офисе, выпрашивая у этой богини хотя бы поцелуй.
— Мы на работе. Нельзя, — четко произносит она, безжалостно руша мой мир на маленькие кусочки.
— Да? Утром тебя это не волновало, — напомнил я ей наши ранние забавы.
Соня хмурится, опуская взгляд. Я её смутил.
— Давай не будем выставлять наши отношения на показ?
Мой член, как быстро встал, так сейчас и упал."
"— Почему? — мой голос стал холоден, хоть я пытался его контролировать.
— Случайно не из-за Степы? Не хочешь, чтобы он узнал, что ты моя?
— Что? — ахает она. — Откуда ты знаешь его?
— Дорогая, все твои одногруппники работают в моей компании. Ясное дело, что я знаком с их биографией, — лгу я. На самом деле никого не знаю, хотя нужно было хотя бы пробежаться глазами по этим студентам, как владелец компании. Вот только я давно забил на свои прямые обязанности.
— Ты ревнуешь?
— До безумия, — выдыхаю я, делая к ней шаг, чтобы вновь почувствовать тепло её тела.
Соня упирается спиной в стену, запрокидывая голову, чтобы смотреть мне в глаза.
— Не надо.
— Что? — не понимаю я, накручивая её прядь волос себе на палец.
— Не надо ревновать.
— Не могу. Когда вижу, что ты смотришь на молодых парней, то хочу в эту же секунды убить каждого из них.
Соня бегает по мне своими глазками, не зная, что же сказать. Её ротик то приоткрывается, то закрывается. А мне и не нужны от неё никакие слова. Я лишь хочу, чтобы она всё время смотрела лишь на меня так, как сейчас.
— Скажи, что моя. Иначе клянусь-я сегодня убью кого-то из твоих одногруппников.
— Руслан, — шепчет она.
Мою имя с её уст звучит волшебно. Я готов часами слушать этот голосок. Даже и не вникая в суть сказанного ею.
— Скажи, черт возьми, это. Просто скажи.
— Я, — начала она и запнулась под моим пристальным взглядом, который выражал голод, — твоя.
Никогда ещё в своей жалкой жизни я не чувствовал такого кайфа. По телу прошла волна освобождения.
Словно минуту назад я тонул, а тут выплыл и смог дышать полной грудью. Что со мной происходит? Почему я-убийца и последний мудак на этой планете возжелал именно эту невинную душу? В чем эта девочка провинилась?
— Никогда это не забывай, Соня, — говорю строго я.
Нас прерывает блондинка, которая, будто не замечая или специально игнорируя мой суровый взгляд, уводит мою малышку буквально у меня из-под носа. Я стою один, как дурак, смотря им вслед.
