Хотя теперь, когда умерла его жена, расклад мог бы и поменяться. И как знать, возможно, поменяется он именно в пользу рыжей нахалки.
Глава 11
– Не знаю я никакого Николая! – продолжала возмущаться девица, имени которой подруги до сих пор не знали. – Кто он вообще такой?
– Когда вы виделись сегодня со своим любовником Владимиром Бубенцовым, разве он не показался вам подавленным или сокрушенным? Вы не спросили у него, что с ним?
– Да нет! Он всегда такой! Понурый и подавленный. Видели бы вы его жену, вы бы поняли! Она его доводит до ручки! Когда мы с ним познакомились, у него даже в постели проблемы были.
Эта баба так его шпыняла, что он совсем упал духом. Знали бы вы, сколько мне пришлось поработать с ним, прежде чем у него все стало получаться!
– Значит, ваш любовник не сказал вам, что его жену убили?
– Кого?
– Жену!
– Но вы же сказали, что убили какого-то Николая… Николая Бубенцова. Брата Володика? Так, что ли?
– Его тоже убили. И вам это известно лучше других.
– Мне? Но откуда? – помотала головой рыжая.
– Мы с Володиком не обсуждаем его семью.
– Никогда?
– Ни семью, ни его родных, ни знакомых, ни деловых партнеров. Он от них всех так устает в своей обычной жизни, что со мной желает говорить только о высоких материях.
– О чем? – изумились подруги.
– О поэзии, о природе, о путешествиях! Мой Володик мечтает, что мы поедем с ним куда-нибудь далеко-далеко. Он отключит все свои телефоны, пошлет подальше жену, и мы проведем с ним несколько чудных незабываемых дней на каком-нибудь диком острове.
Правда, классная мечта?
– Значит, несколько дней? И все?
– А чего еще-то? – искренне удивилась этому вопросу рыжая бестия. – Потом он мне купит, как обычно, какой-нибудь подарочек. Или даст денег. И мы расстанемся с ним до следующего раза. Все как обычно. А чего?
– Но вы же сказали, что собираетесь за него замуж.
– Я сказала, что хочу, но вряд ли у меня это получится.
– Почему же? Теперь, когда дорога расчищена, жена умерла… Никто не помешает вам уехать с вашим папиком на остров и жить там, сколько заблагорассудится.
Некоторое время девица молчала, что-то сосредоточенно обдумывая. А потом произнесла:
– Я что-то не поняла. Кто умерла?
– Эрика.
– Его жена?
– Да.
– И вы меня что… Обвиняете в убийстве его жены?
И плюхнувшись на диван, обтянутый розовым бархатом, девица воскликнула:
– Ну, вы даете! Да не убивала я ее! Я эту стерву даже не видела ни разу! Только на фотографии!
– А фотографию где увидели?
– Так у Володика в бумажнике.
