Один ты уничтожила, но остались еще два! А могу напечатать хоть и десяток!
Надо отдать должное Эрике, она умела проигрывать. Взглянула на Оксану и уже совсем другим, деловым тоном спросила:
– И чего ты хочешь? С тобой, я вижу, надо дружить. Так чего хочешь?
– Хочу, чтобы ты оставила меня в покое. Нет! Не просто оставила в покое, а каждый день повторяла своему мужу, какой я неоценимый работник. Какой у меня порядок в офисе и в делах. И как ему повезло, что он взял меня к себе на работу!
– А не много ли ты хочешь, деточка?
– Нет, не много.
И еще… Учти, Эрика, если меня вдруг уволят без всякой на то причины или, наоборот, по веской причине, вроде воровства или еще чего-нибудь в том же духе, то эти фотографии появятся не только на столе у твоего мужа, но и в парочке газет. Думаю, что публичного позора Владимир Иванович тебе точно не простит. И твоя песенка будет спета! Никаких любовников, никаких соляриев! Домашний арест, а то и окончательный развод с потаскухой!
Эрика так злобно уставилась на Оксану, что той в один момент даже показалось, что женщина накинется на нее с кулаками.
Но нет, пронесло. Эрика ограничилась тем, что злобно прошептала:
– А ты молодец! Что же, признаю, я тебя недооценила. Ладно, пусть будет по-твоему. Работай, раз это для тебя так важно. А я буду петь своему мужу дифирамбы в твою честь. Но учти, если ты раскроешь рот, то я тебе такую подлянку подкину, что мало не покажется.
У тебя ведь, дорогуша, тоже, кажется, муж имеется?
Муж у Оксаны был, и очень ревнивый. Так что Оксана заверила Эрику, что с ее стороны подвоха не будет. И эту договоренность обе женщины свято исполняли. Со стороны могло показаться, что обе женщины – лучшие подруги. Оксана при случае говорила Владимиру Ивановичу, как восхищается его супругой, ее красотой и характером.
А Эрика… Что говорила Эрика своему мужу про его секретаршу, не известно, но со следующего месяца Оксана стала получать на десять процентов больше.
И ежеквартальные премии, которые прежде, бывало, частенько обходили стороной, теперь регулярно числились напротив ее фамилии в ведомости.
– Но хотя мы с Эрикой и поладили, все равно я считаю, что душа у нее подлая. И сама она тоже подлая. Такие люди при случае никогда не упустят возможности сделать гадость близким.
