– Рояль – это задумка дизайнера. В жизни не играл ни на одном музыкальном инструменте. И на рояле в том числе.
– А меня бабушка заставляла, – неожиданно для самой себя пожаловалась ему Кира.
– Мне в этом отношении повезло больше вас, – тут же откликнулся Лева. – Бабушек у меня не было. А мои родители были учеными-физиками. И я сам всю жизнь учился в математической школе. Шесть уроков по сорок пять минут плюс факультативы да еще занятия в кружке юных физиков. Я приходил домой, когда мои родители уже были дома и грели себе ужин.
Сами понимаете, мне было не до фортепьяно. Да и в нашей тогдашней квартирке оно даже бы не поместилось, что уж там говорить про рояль.
– Вот как? Вы родились не в этой квартире?
– И даже не в этом доме и не в этом городе, – весело подтвердил Лева. – Я приехал в Питер поступать в Мухинское художественное училище.
– И как? Поступили?
– Поступил, выучился, стал работать, работал много и тяжело. Потом организовал собственную фирму. И вот, пожалуйста! Собственная квартира в центре города, шикарная обстановка, кругленький счет в банке, парочка иномарок в гараже и прочие атрибуты обеспеченного человека.
Тем не менее в голосе Левы не слышалось никакой радости или удовольствия. Грустный у него был голос.
– Но вы выглядите очень молодо.
– Я и в самом деле еще не стар. Мне ведь нет и тридцати.
– В самом деле?! – воскликнула Леся, жадно разглядывая молодого человека. – Однако вы во многом преуспели!
«И может быть, – подумала Леся, – он не совсем гей? Только так, на половинку? Тогда его еще можно попытаться затащить в список потенциальных женихов».
Но Лева на мысленный призыв Леси не отозвался. Он прикрыл свои выразительные темные глаза и спросил:
– Преуспел… Вы имеете в виду квартиру, фирму и прочее?
– Да.
– Ну, что же, в бизнесе я преуспел, – подтвердил Лева. – Но разве в этом счастье?
– А вы что, несчастливы?
– Скорее, я одинок. Отсюда все мои комплексы и проблемы. Никак не удается встретить родную душу.
– Родную душу?
– Человека, который бы понимал и принимал меня таким, каков я есть. Без всего этого антуража!
И Лева сделал широкий жест, обведя вокруг себя рукой. Да уж, антураж был что надо!
– Но мне почему-то попадаются удивительно меркантильные люди, – продолжил молодой человек. – Когда я представляюсь им бедным студентом, они либо начинают меня презирать, либо подозревают в неких корыстных побуждениях.
