Она постоянно барахтается ногами, пытаясь вырваться из моего захвата, и периодически мне удаётся провести ремнём по тонкой полоске ткани, прикрывающей её маленькую киску.
- Что, Карен? – удивляюсь жёсткости в своём голосе. – Закончи фразу.
Но малышка не спешит признаваться мне в собственных чувствах. Она лишь всхлипывает и снова просит отпустить её.
Тогда я решаю слегка помочь ей.
Немного размахиваюсь и опускаю лёгкий удар на её промежность.
Перчинка чуть ли не подпрыгивает на диване. Её тело сперва дико напрягается, а потом по нему проходит волна дрожи.
Я повторяю свои удары ещё и ещё, пока не замечаю, как её крики превращаются в стоны.
Такие мелодичные и сладкие, что я будто теряю связь с реальностью, желая слышать их снова и снова.
В отблесках приглушённого света замечаю, как бёдра моей строптивой пленницы покрываются влагой, а на трусиках начинает проступать большое мокрое пятно.
Блядь… ей и правда нравится это! Охренеть!
Мои удары становятся всё более безжалостными.
Промежность Кари становится розовой, кожа кажется воспалённой.
Но моя Перчинка теперь и не думает уворачиваться. Наоборот, она перестаёт сопротивляться и теперь лежит очень смирно, ожидая очередного удара не как наказания, а как поощрения.
Собрав в кулак всю волю, я опускаю ремень и готов поклясться, слышу, как с её пухлых губок срывается разочарованный стон.
- Скажи. Мне. – Тяжело дыша, требую я. – Просто скажи.
- Н-н-нет, - её тонкий голосок звучит уже не так уверенно.
- Давай же, малышка, - я снова поглаживаю её сочную промежность.
– Я жду…
Она тяжело вздыхает и с отчаянием в голосе всхлипывает:
- Я люблю тебя, идиот!
Мои губы расплываются в торжествующей улыбке. Боже… сердце сладко замирает на мгновение, а потом пускается вскачь.
Я снова замахиваюсь и одариваю мою малышку лёгким точным ударом прямо по клитору.
Она громко вскрикивает, а потом всё её тело начинает трястись от дикого экстаза.
Бросаю ремень и накрываю её влажную киску пальцами.
Добираюсь до клитора и прямо через насквозь влажную ткань трусиков начинаю активно ласкать его.
Кари вся изгибается, приподнимается на коленях и шире разводит в сторону ноги.
Она громко стонет и, кажется, полностью отпускает себя, пока я, как одержимый, массирую её жаждущую прикосновений киску.
Мои пальцы порываются её соками, чувствую их дурманящий мозг запах и ловлю каждый отголосок её мощного оргазма.
А потом она опадает на диван.
Сажусь рядом.
Всё тело покрывается потом.
