Не то, чтобы я навязывался… Но слегка неприятно.
— Понимаю.
— Катя тоже делает вид, что ей некогда со мной общаться.
— А Черкасова?"
"— Аделина — мой телохранитель, ты же давно это понял? — прищурился князь, — Так что мы не совсем друзья. Но и она, признаюсь, похолодела к моей персоне. Полагаю, из-за гибели барона Рихтера… Проклятье, вот уж не думал, что такой здоровяк погибнет первым и… Единственным.
Мне не слишком понравились его слова — чувствовалось в них то, что я заметил после новогодних праздников.
А именно — лёгкое пренебрежение к человеческим жизням.
Нет, у меня тоже оно присутствовало, но… Бессмысленных жертв и глупого риска я никогда не одобрял — в отличие от Петра.
Впрочем, когда голову кружит Эфир — поступиться можно чем — и кем — угодно.
Эх, жаль, что пока я не нашёл времени отыскать связь князя с этой субстанцией…
Но ничего — скоро мы начнём работать над совместным проектом, и у меня наверняка появится возможность бывать в поместьях Петра чаще. А уж там, уверен, я найду способ покопаться в его мозгах и памяти.
Дайте только время…
Хотя мы и так довольно сильно затянули с началом разработки этой нашей новой «магической реальности». Сначала из-за проблем князя после нового года, теперь — из-за ремонта помещения, найма сотрудников, постройки лаборатории, настройки системы безопасности и всего такого.
Что поделать — быстро подобные дела не делаются…
Насколько я понимал (мы с Петром обсудили это буквально час назад), приступить к полноценной работе будет можно лишь к началу августа.
Вот только для меня это было неприемлемо — потому что как раз август у меня оказался совершенно неожиданно занят.
Всех студентов «Арканума», кто сдал выпускные экзамены (вообще всех курсов!), в этом году отправляли на практику к Урочищам!
Так себе новости, конечно, от которых подофигела половина студентов академии. Но зато подтвердились слухи, которые предсказывали ещё мои братья.
Точнее, братья Марка. Точнее… А, да неважно!
Важно то, что мы с Арсом, Аней, Львовым, и ещё двумя десятками студентов (первокурсников и второкурсников) получили распределение к Онежскому Урочищу, и практика наша начиналась первого августа.
А заканчивалась первого сентября.
Что, в общем-то было не слишком плохо — это Урочище хоть и было массивным, но считалось относительно безопасным.
Судя по объявлению, которое сделал Кощеев на общем собрании академии, министерство обороны решило «усилить» учебную программу, и всё такое, но…
Я подозревал, что всё немного не так.
