Покрутил рисунок на столе, развернув к себе и развернул обратно. – Три зимы. Сир… счел, что может менять условия в одностороннем порядке, потому что не удовлетворен… результатом. Я больше нежелательный гость на землях Блау, ворота рода больше никогда не откроют передо мной… сколько бы не стучал.
– Это из-за картины? Нас – убьют? – спросил Коста буднично.
Вонги, Хэсау, а теперь – Блау… у них нет никаких шансов. Вообще никаких.
Кисть переломилась пополам между пальцами.
– …щенок! – подзатыльник прилетел сразу.
– Не будешь беречь сокровища, откуда возьмешь новую?!
Коста тупо смотрел на остатки кисти на столе.
– Не убьют, – сухая рука опустилась на макушку и неловко похлопала. – По-крайней мере не так просто…
– Слово?
– Слово. – Мастер молчал мгновение, два, пытливо разглядывая что-то в лице Косты, потом сунул руку в карман и достал свиток – уже открытый, перевязанный черной тесьмой – один из тех, что приносил слуга Блау каждый вечер, и пепел от которых он выгребал в камине.
Потом сунул руку во второй карман – и достал свернутый вчетверо желтый лист, и положил оба пергамента на стол перед Костой.
– Что я всегда говорил, малец?
Коста пожал плечами. Что он – идиот? Что это самое бесполезное занятие – пытаться научить ученика думать?
– Что у каждого должен быть выбор, – закончил мастер. Глаза старика Хо сияли странным почти фанатичным светом. – Выбор – священен. Выбирай.
Дверь в каморку мягко щелкнула, притворившись, и Коста остался один с двумя пергаментами на столе.
Развернув желтый грубый листок первым – он увидел подтверждение оплаты на двух человек..
“…обоз до Хаджера отправлялся через день. Места для мастера Хо и ученика – в шестых санях. Список вещей, необходимых взять с собой – прилагается… Питание не предусмотрено, доплата за общий котел составляет…”
Развернув второй – свиток из более плотного, белого и дорогого пергамента – Коста увидел печать рода Блау. Но сир писал не сам, а кто-то из вассалов, под диктовку – штрихи ложатся иначе, и уверенность от слов другая – он помнил образцы почерка.
“…род Блау в лице Управляющего предлагал ученику мастера Хо место младшего писаря, в случае успешной сдачи аттестационного экзамена. И работу под начальством старшего мастера-каллиграфа клана. Жалованье, положенное за четыре декады… Обеспечение материалами… Смена одежды… Условия вассальной клятвы – стандартные…”
Коста свернул свиток, затянул черную ленту, и тщательно сложил обозный пергамент так же, как был.
