Стоит только купить газетку, как пожалуйста, со страниц несутся читательские вопли: очень много народу в «часы пик», не хватает станций в новых районах, часть эскалаторов из-за изношенности нельзя включать, повсюду идет торговля, и вообще, прекратите продавать еду, потому что люди друг друга кетчупом мажут…
Я же принадлежу к той редкой категории населения, которая просто в восторге от московской подземки. В «час пик» я не езжу, а от конечных станций в спальные районы ходят милые автобусики «Автолайн», торговлю я только приветствую, купила детективчик и наслаждаюсь, пока поезд летит по тоннелям, что же касается булочек, блинчиков и кофе, так возможность испортить одежду подстерегает нас повсюду.
Зато у метро есть одно огромное преимущество. Я могу там спокойно думать. Некоторые привыкли осуществлять данный процесс дома, за письменным столом или в кресле под торшером… Может, где и можно расслабиться, но только не у нас. Вот вчера, к примеру, только-только я легла на диван и сосредоточилась, как сначала влез Кирюшка с требованием пришить пуговицу, спустя пятнадцать минут влетел Сережка и заорал:
– Лампец-молодец, погладь рубашку, на завтра нужна белая.
Не успела я выключить утюг, как собаки запросились на улицу. Только приволокла стаю домой, подала голос Юлечка:
– Лампушечка, помоги помыться, одной с загипсованной ногой никак.
– Попроси муженька, – попыталась я отвертеться.
– А он заснул!
Пришлось идти в ванную, заворачивать Юлину «костяную» ногу в клеенку и старательно тереть ей спинку под неумолчные стоны девушки:
– Ой, ой, осторожнее, не повреди гипс!
Не успела я вымыть ванну, как принеслась с работы Катя, и все за компанию с ней поужинали второй раз.
Словом, к половине одиннадцатого вечера я осталась одна на один с Монбланом из грязной, омерзительно жирной посуды. Правда, мне предложили помощь. Сначала Юля пробормотала:
– Бедная Лампуша, не могу помыть тарелки, нога к вечеру разболелась, оставь, утром уберу.
Следом выступил Кирюшка:
– Лампочка, ты не хочешь, чтобы я тебе помог?
– Не хочу!!!
– И чего злиться, – возмутился Кирка, – я от всей души предложил.
Но самую коронную фразу произнес успевший проснуться Сережка.
– Лампец, – пробормотал парень, отчаянно зевая, – бедный Лампипудель, устала небось, брось посуду, отдохни…
Вы думаете, он сказал дальше: «Я домою за тебя?» Вот и не угадали.
