– Так что у тебя случилось?
– Квартиру дали! – пробормотал приятель, запуская зубы в ароматную мякоть.
– Ну да! – воскликнула Юлечка. – Наконец-то!"
"До сих пор Володя жил в ужасающих условиях, правда, в самом центре Москвы, рядом со Смоленской площадью. Здание, в котором находилась его квартира – старый трехэтажный дом. Майору принадлежали две комнаты в коммуналке, крохотные, темные и неуютные. В здании постоянно что-то портилось – то отключали свет, то воду. Мусоропровода, естественно, не было, и случались перебои с отоплением.
К тому же страшно не везло с соседями. Половина комнат в квартире сдавалась, а в оставшихся доживали век никому не нужные старики… Надежд на улучшения условий у Костина не было никаких. Слишком большой метраж принадлежал ему, а денег на покупку новой квартиры у него не было. Володя принадлежит к таким работникам МВД, которые берегут честь мундира и никогда не возьмут взятку.
– Как же тебе удалось получить квартиру? – ахнула я.
– Повезло безмерно, – с набитым ртом пробормотал майор, – не было бы счастья, да несчастье помогло.
Федор Михайлович умер.
Старик Мешков жил у самой кухни, в огромном, почти сорокаметровом зале. Тихо существовал на копеечную пенсию и, по-видимому, не имел родственников.
– Так вот, – продолжал Володя, быстро орудуя вилкой, – не успело тело остыть, как явился наследничек, родной сын. И оказался он не кто иной, как владелец «Онобанка».
– Что же он отцу не помогал? – спросила Юля.
– Не знаю, – пожал плечами Костин, – но теперь сей фрукт хочет использовать наш домишко под офис и расселяет жильцов.
Мне предложили двухкомнатную квартиру в Куракино.
– Где это? – изумилась я. – Первый раз слышу.
– На полпути к Петербургу, – хмыкнул майор и облизнул тарелку, – еще десять минут езды – и Бологое.
– Нет, правда, где это? – поинтересовалась Юля.
– Новый район, только-только застраиваться начинает, – пояснил Володя.
– А метро там есть? – спросила Юля.
– Обещают.
– Когда?
– В 2025-м году.
– Ты шутишь!
– Ни минуты, – ухмыльнулся Костин.
– Квартира хорошая? – влезла я.
– Просто отличная. Две комнаты – двадцать и семнадцать метров, кухня пятнадцать, шестой этаж, дом кирпичный, вот только вставать придется в шесть утра, потому что до работы почти два с половиной часа добираться.
– Плохо, – приуныла я.
– Зато сам себе хозяин, – вздохнул Володя.
– Знаешь, есть идея, – оживилась Юля, – наша соседка Нинуля…
– Что? – удивилась я.
– Она живет с сыном-школьником в одной комнате. Вчера жаловалась, как тяжело.
