Тут же внизу понеслась синяя линия, заморгали точки, и возник текст, но совершенно не связанный по смыслу. Я уставилась на экран. Это явно Сережкина статья, вот название и фамилия автора, но что случилось с содержимым? Минут пять понадобилось, чтобы сообразить – проклятая машина расставила абзацы по алфавиту. Сначала шли те, которые начинались с буквы «а», потом «б» и так до «я».
В ужасе я нажала «Esc», но компьютер выдержал удар и вывесил окно «Закрытие файла невозможно из-за некорректного выхода». Все. Больше я ничего не достигла, не считая того, что весь экран обвесился какими-то сообщениями, и в углу возникло уже две гадко ухмыляющихся скрепки.
В полном отчаянии я нажала на мышку, и тут ожил принтер. Приветливо моргая лампочками, он принялся услужливо распечатывать Сережкину статью, ту самую, с расставленными по алфавиту абзацами. Чувствуя, что сейчас просто потеряю сознание, я выдернула чистый лист бумаги. Аппарат обиженно загудел, компьютер заурчал и завис.
Я пошла на кухню и горестно уставилась на холодильник.
Нет, определенно техника не для меня. Максимум, на что я способна, – включить стиральную машину, ну еще помыть холодильник.
– Ты дома? – спросила Юля, входя в кухню.
Дурацкий вопрос, если учесть, что я стою прямо перед ней. Глупей его только тот, который, как правило, задают по телефону в воскресенье, в 8 утра.
– Я вас не разбудила?
Конечно, нет, просто обожаю по выходным вскакивать в полседьмого.
– Что-то случилось? – зевнула Юля. – Ты вроде не в духе.
– Включи программу с адресами.
– Без проблем, – пообещала она и ушла.
Я затаилась между мойкой и столом, ожидая услышать гневные вопли типа: «Кто это сделал!»
Но в комнате стояла тишина, потом Юлечка сообщила:
– Иди, готово.
Не веря своим ушам, я вошла в «кабинет» и попросила:
– А можешь открыть Сережкину статью?
– Запросто, но зачем?
– Надо посмотреть.
Юля пожала плечами:
– Любуйся.
На экране возник текст. Я разинула рот – все в полном порядке. Нет, дурацкая консервная банка надо мной издевается!"
"Соболевых оказалось в Москве восемнадцать, из них Галин девять, но отчество Владимировна имели только две.
Причем только у одной дамы номер телефона начинался с цифр 593, другая явно обитала в центре. Надеюсь, директриса живет по-прежнему в городе-спутнике. Трубку схватили сразу, после первого гудка.
Детский голос прочирикал:
– Вам кого?
– Галину Владимировну.
– Бабуля! – заорал ребенок с такой силой, что я чуть было не выронила трубку. – Бабуля, тебя.
Повисла пауза.
